Автор
Ганна часто видит себя всадницей в сновидениях — стремительная поездка по жизни с грохотом колес и взмахами конского хвоста. Ветер обрушивается на нее, осушает тревогу и уносит далеко за пределы ее обыденной реальности, где каждое мгновение кажется возможностью к новым приключениям....
«Как на кладбище», — подумалось ей, и она невольно скрестила пальцы и, убедившись, что никто не видит, поплевала через левое плечо. Писательница Ганна Друбич была суеверной, но тщательно это скрывала.
Из двери, ведущей в приемную Павла Горенко, заместителя Галицкого, отвечающего за работу с авторами, внезапно вылетела какая-то девица. В белом холодном коридоре она смотрелась инородно. Девица была красива той редко встречающейся, броской, деревенской красотой, которая заставляет оборачиваться на улицах.
Девица действительно плакала. Идеальной лепки носик покраснел, тушь под пушистыми ресницами размазалась, из высокого тонкого горла вырывались всхлипы.
— Вам помочь? — участливо спросила Ганна, которая регулярно обещала себе не вмешиваться в чужие неприятности, когда ее об этом не просят, и так же регулярно нарушала это обещание.
— Что? Нет. Спасибо, мне никто не может помочь. — Девица судорожно вздохнула, пытаясь остановить новую порцию слез, но не справилась с собой и взвыла.
Зажав ладонью рот, чтобы приглушить звук, она перебежала через коридор и скрылась за дверью туалета.
— Ганка-хулиганка, привет. Ты что, приехала? А я и не знал, что собираешься.
