Под боссом — это добрый вечер на даче, где безмятежное спокойствие быстро сменилось острейшей неопределенностью. Пухлые одеяла и пушистые зверюги создают уют, но Катя срочная мольба за машину поднимает все с ног до костей. Важное дело на коне, а в карманах только ключ от Лады и брелок с зайчиком....
Но вот он я, бывший уличный отброс в модных пидорских брюках от Isalа въебываю изо дня в день, чтобы то, чему посвятил годы жизни мой брат, продолжало процветать, и готов урыть любого, кто попробует мне в этом помешать.
— Завтра придешь? — спрашивает Марат вдогонку.
Губастая стерва по-прежнему торчит у меня в офисе, так что мой ответ «да».
******
— Владимир Андреевич приехал пораньше, поэтому я проводила его в конференц-зал, — безэмоционально сообщает ретривер Лена.
Володя Ганский — мой деловой партнер, с которым начинал сотрудничать еще Влад.
— Ты кофе ему принесла, чтобы не скучал?
— Он отказался. И он не скучает. Его развлекает ваша помощница.
На секунду мне кажется, что программа дала сбой, и я слышу сучные ноты в голосе моего идеального робота. Но когда Лена молча опускается на стул под идеальным прямым углом и начинает методично стучать по клавишам, решаю, что мне показалось.
На входе в зал совещаний я слышу скрежет собственной зубной эмали: Володя сидит на стуле, сложившись пополам, очевидно, чтобы было удобнее заглядывать в рот Александре, которая, закинув ногу на ногу, что-то оживленно вещает.
Ну какого черта она на меня так действует? Меня все в ней раздражает: звучание ее голоса, то, как она улыбается, то, как сидит на ней эта рубашка, словно каждый встречный должен непременно иметь возможность с ходу оценить размер ее груди. Уж Володя, блядь, который от девок как от назойливых мух хвостом привык отмахиваться, ведет себя так, словно ему по услышанному от нее экзамен сдавать придется.
— Вижу, Александра достойно заменила тебе чашку американо. Здравствуй, Володь.
Я даже думаю, что его шейный остеохондроз прихватил — так нехотя он поворачивает ко мне голову. Когда я встречаюсь с ним глазами, то неожиданно для себя вспоминаю Гоблина, моего боксера. Когда в два года из него собачий тестостерон попер и от запаха сук стало башку рвать, выглядел он примерно также: взгляд дебильный и из пасти слюна свисает.
— Привет, Кирилл. А я тут с твоей помощницей случайно на ресепшене познакомился.
— Очень рад, — цежу сквозь зубы и перевожу взгляд на ассистентку. Ей сравнение с кофе явно не понравилось: ноздри раздуваются, глаза мечут молнии. Меня даже раздражение отпускать стало.
— Александра, а ты вернись в свой кабинет. Мне через час отчет нужен.
— Вы сказали, что он должен быть у вас завтра.
— Ну так я передумал.
