— Я собрал вас, чтобы сообщить, что нам выпала честь отправиться в Средиземное море и выяснить, что задумали французы, — начал хозяин каюты. — Возможно, нам повстречается вражеский флот, и мы сможем проявить себя. Надеюсь, что все корабли примут участие в сражении, никто не подведет меня, — сказал контр-адмирал и посмотрел на меня.
По психотипу он, как и Наполеон, сенсорно-этический экстраверт (Дипломат). То есть, собственного стратегического и даже тактического мышления не может быть в принципе, но прислушивается к советам более скромных и одаренных подчиненных. Если таковых рядом не окажется, будет тупо давить, а когда поймет, что не справится, начнет уговаривать противника сдаться. Вот в уговаривании он спец (Дипломат).
— Мой корабль займет место в линии и будет действовать против любого противника, который ему достанется, — произнес я.
Радостно, словно не был уверен, что услышит такой ответ, контр-адмирал воскликнул:
— Против любого не надо, выбирай противника из примерно равных!
— Равных английским морякам нет, особенно если ими командует такой отважный адмирал! — со скрытой издевкой заявил я.
Горацио Нельсон повелся на эту грубую лесть, как ребенок. Наверное, поражение на Тенерифе привело его немного в чувство и понизило самооценку до нормального уровня, а так хотелось большего.
— С такими смелыми капитанами мне не страшен никакой враг! — польстил он в ответ без, как надеюсь, скрытой издевки.
Вот и я подумал совершенно искренне, что большую часть английских моряков составляют профессионалы высочайшего, по нынешним меркам, уровня. С ними надо суметь проиграть таким слабым противникам, которые сейчас противостоят Англии. Любой адмирал выиграет с ними сражение, что и показывают последние события. Разница будет только, с каким счетом. Горацио Нельсону повезет оказаться в нужное время в нужных местах. Правда, в чем ему не откажешь, он с упорством, присущим его психотипу, искал возможность сразиться и ввязывался в драку без раздумий, что тоже присуще его психотипу, а потом подчиненные выручали его, заодно разбивая противника. Или не разбивая, как случилось на Тенерифе, где испанцы, защищая свои дома, не дрогнули.
75"
"Восьмого мая мы вышли из Гибралтара, оставив там транспортные суда. Балеарские острова обогнули с востока. Семнадцатого мая возле мыса Сисье, что неподалеку от Тулона, фрегат «Терпсихора» захватил французского корсара — тартану с шестью фальконетами трехфунтовыми и тридцатью восемью членами экипажа. Капитан корсарского судна, бывший лейтенант военного флота, рассказал, что в Тулоне стоит эскадра из девятнадцати линейных кораблей, из которых пятнадцать готовы выйти в море, и несколько десятков транспортов. Куда именно собирается Наполеон, корсарский капитан не знал.