В конце XVIII века русский герой волею судеб становится подданным Англии и поступает на службу в Королевский военно-морской флот. Мичманом на линейном корабле он попадает в водоворот военных действий, разворачивающихся на фоне Французской революции. Перед ним встает выбор между долгом и...
Я обратился к ним на итальянском языке:
— Мне нужны матросы на люггер «Делай дело», на котором собираюсь охотиться на французских купцов. Будут приняты на службу в Королевский флот официально, получать жалованье, призовые и пенсию в случае увечья, но и подчиняться заведенной у нас дисциплине, за нарушение которой следуют наказания от порки до повешенья за шею. Так что хорошенько подумайте перед тем, как согласиться.
— А как распределяются призовые? — спросил кто-то, стоявший в глубине группы.
Я рассказал, как делятся деньги за приз, как их получать. С получением есть трудности. Напрямую деньги можно получить в Лондоне, а в других местах только через агентов, которые берут за услуги процент-полтора. В этой системе есть и положительный момент. Бюрократическая машина работает медленно, деньги могут начислить через несколько месяцев и даже лет, но агент примерно знает, сколько ты получишь, и дает аванс в пределах этой суммы. Я заключил договор с гибралтарским представителем агентства «Бёт и Коллинс», головной офис которого находится в Лондоне на улице Джон в доме десять.
— За шхуну, захваченную в устье Роны, каждый матрос получил по сорок шесть фунтов стерлингов или пятьсот пятьдесят два ливра, — закончил я объяснение.
О том, что теперь матросов будет больше, а доли их меньше, пусть додумывают сами. Но даже если получат в пять раз меньше, все равно это будет фантастическая сумма для корсиканцев. Мне сказали, что на Корсике крестьяне и рыбаки за сто ливров целый год пашут, как проклятые."
"Все тринадцать корсиканцев тут же согласились завербоваться в военный флот Британии, несмотря на угрозу погибнуть в бою или быть повешенными.
— Синьору не нужен кок? — спросил меня на итальянском языке мужчина с лицом римского патриция, какие часто встречается у незнатных итальянцев, а вот итальянская знать в большинстве своем похожа на чахоточных плебеев.
Был он плотного сложения, но не толст, что характеризовало его, как хорошего профессионала. Худым кок бывает потому, что самому противно есть, что приготовил, а толстым — когда больше ест, чем готовит.
— Нужен, — ответил я, — если умеешь готовить капонату.
Я ел это блюдо из рыбы и баклажанов в итальянских ресторанах в двадцать первом веке. Вкус незабываемый, до сих пор рот наполняется слюной, когда вспомню. Официант заверял меня, что блюдо старинное, из античных времен, несмотря на то, что помидоров в те времена в Италии не было. Впрочем, помидоры — не основной ингредиент.
