Автор
В пределах вашей заявленной рамки текст оставляет место для краткого вступления к книге "Под кожей". Вадим пристально смотрит на свою жену, окружая ее осенней моросью. Она нежится в пледе, облаченном в коктейльное платье, стоя у капота черного «Мерседеса». Этот эпизод предвещает глубину и сложность будущего сюжета "Под кожей", где скрытые тайны обретают жизнь....
По-моему, это очевидно. Общаться нам не о чем.
Вадим стучит по столу пальцами, глядя на меня с прищуром.
Я вижу отлично, что это не единственный вопрос, который он хочет мне задать. И даже знаю, что именно засело там, за этим прищуром, — я и мужчина, чье имя в нашем доме представляло собой табу…
Я не готова к этому разговору. Несколько дней назад с меня слетела вся моя броня, и я до сих пор словно оголенный провод. Я не готова ложиться на эту наковальню!
Я разглаживаю платье у себя на коленях и задаю встречный вопрос:
— Как дела на фирме?
Нам не сложно общаться нормально, этот вывод — достаточно ценное приобретение, которое окупает совместный обед.
Вадим рассказывает о том, что на выходных он планирует отвезти Сабину на встречу с ее крестным отцом. Миша — лучший друг Балашова, но почти сразу после нашей свадьбы он переехал в Штаты. Они видятся пару раз в год, и новость о том, что крестный моей дочери — в городе, радует.
Счет Балашов берет на себя.
Он помогает мне одеться у гардероба.
— Тебя подвезти?
— Нет, — отворачиваюсь я.
В фойе людно.
Дождавшись, пока дверь пропустит группу вошедших посетителей, Балашов придерживает ее для меня. Я выхожу на улицу слишком поспешно, не успев толком застегнуть куртку. Застегиваю ее на ходу, ныряя в дверь, и, ступив на крыльцо, врезаюсь в шагающего навстречу мужчину.
Готовлюсь к тому, чтобы бросить невнятные извинения, но, когда поднимаю глаза, окунаюсь взглядом в знакомую яркую зелень…
Глава 55
Радость поглощает меня в первую секунду этого контакта.
Белый дневной свет в каштановых волосах, густая щетина того же оттенка, пушистые стрелы ресниц — яркие штрихи, из которых складывается знакомый образ. Знакомый до звездопада в животе, но в следующее мгновение радость поглощает паника.
Он вернулся?! Как давно?
Денис оборачивает вокруг моей талии руку, придерживая.
За те секунды, в течение которых мы смотрим друг на друга, этот захват из механического, вынужденного превращается в твердое кольцо, словно вокруг моей талии затягивается петля.
Сердце с грохотом ударяется о ребра.
Взгляд Алиева устремляется на дверь у меня за спиной. За спиной у него самого я вижу знакомого молодого мужчину, которого Денис в день юбилея ресторана Галицких обозначил как своего родственника.
Взгляд зеленых глаз делает резкий зигзаг, и, когда мы снова смотрим друг на друга, градус моей паники резко подскакивает.
