В холодной уютной комнате резонировали нотки разгоревшейся ссоры, пока неспешный стук шагов в полутьме не затихал перед дверью. Я опустилась на старый стул и ждала тайного приказа кого-то важнее меня - своего отца. Кажущаяся мгновенная сцена взрывов оставила ужасный след, а теперь тревога сменилась ожиданием наказания за маленькую ошибку....
То есть ящер ещё и старик? У… как же я сразу не догадалась?
Я отступила и надулась, коря себя за глупость. Ведь всё было так очевидно! Кто ещё может лежать на берегу уединённого озера с настолько скучающим видом?
– А вы, как вижу, магичка? – вновь подал голос блондин. Говорил доброжелательно и мягко, а смотрел с интересом. – Рок сказал, вы пришли порталом, но откуда у вас координаты?
Я вопрос услышала, но…
– Рок?
Блондин кивнул."
"– Рок, Рокот, и он же Рокорэлл, – рука собеседника взметнулась, чтобы указать на багряного.
– Очень приятно, – буркнула я, насупившись. И уже не вероломному старикашке, а вполне милому блондину: – А вас как зовут?
– Вы можете называть Птицеловом, – с улыбкой ответил тот.
Я кивнула и тоже представилась, делая книксен:
– Аделаида Филиния Урсула Норс.
– Хм… Норс? Эта фамилия мне знакома.
– Она знакома многим, – пожала плечами я.
Сказала и сильно испугалась, что разговор свернёт на тему папы. Просто папа личность действительно известная, и мне бы не хотелось отбиваться от постороннего любопытства, а ещё… Если кто-то знает твоего папу, то он и наябедничать может – не удивительно, что сердце пугливо сжалось.
Но блондин предпочёл вернуться к прежнему вопросу:
– Так откуда вам известны координаты этого места, Аделаида?
Я разумно замялась. Опустила глаза, ковырнула носком ботинка землю, потом всё же ответила:
– Простите, не скажу. Но уверяю, что ни с кем ими не поделюсь.
Птицелову ответ точно не понравился, но вместо логичного «я настаиваю», прозвучало другое, и тоже не лишенное логики:
– Зачем вы сюда пришли?
– За чешуйкой, – призналась я со вздохом.
Птицелов сперва застыл, потом переспросил:
– Что, простите?
– Чешуйка. Она очень нужна для одного зелья.
Брови белобрысого взлетели на середину лба. Он тряхнул головой, словно отмахиваясь от чего-то, и опять спросил:
– А почему именно сюда? В это место?
– Разве оно какое-то особенное? – я хлопнула ресницами.
– У вас подобные места называются «карантином», – сказал блондин, помедлив, и я опять покосилась на багряного.
Несколько секунд нас окружала тишина, а потом я не выдержала, спросила, сильно понизив голос:
– Надеюсь он не заразный?
Птицелов от такой наглости аж закашлялся, а Рокот… Прыти этого больного старикашки мог бы позавидовать любой здоровый юнец!
Дракон стремительно вскочил, шагнул к нам, а потом его огромная голова очутилась в паре сантиметров от моего лица.
