Боги отправили девушку прямо в объятия герцога Грейнского во время войны. Он считает её обманщицей и не хочет жениться, но гневить богов в такое время опасно. Герцог готов использовать «подарок судьбы», а потом избавиться от неудобной жены. Однако судьба готовит им обоим неожиданный поворот.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Подарок для герцога. Вернуть отправителю!» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Боги отправили девушку прямо в объятия герцога Грейнского во время войны. Он считает её обманщицей и не хочет жениться, но гневить богов в такое время опасно. Герцог готов использовать «подарок судьбы», а потом избавиться от неудобной жены. Однако судьба готовит им обоим неожиданный поворот.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Княжина Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Боги отправили девушку прямо в объятия герцога Грейнского во время войны. Он считает её обманщицей и не хочет жениться, но гневить богов в такое время опасно. Герцог готов использовать «подарок судьбы», а потом избавиться от неудобной жены. Однако судьба готовит им обоим неожиданный поворот.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
***
– Гала проснется… – сбивчиво прошептала я в горячую шею, пахнущую терпкой сладостью летнего луга.
– Тогда идемте в спальню… моя герцогиня…
Путаясь в ногах, стянутых до локтей рубашках, мятой юбке и прочих лишних вещах, мы, не расцепляя объятий, доползли до моей комнаты. И, пнув дверцу пятками, рухнули на узкую ученическую постель.
Габ выдавил что-то грубое и бесстыдное в адрес тех, кто обставлял мебелью студенческие спальни. Определенно, в номерах «Благодати Верганы» кровати и шире, и мягче…
Муж воодушевленно стащил с меня остатки гардероба. Избавил от каждой ненужной кружевной ленточки и шелковой ниточки. Даже добыл из прически еще парочку колючих шпилек.
– Это лучший наряд, Ализа, – сообщил, нависая надо мной на вытянутых, подрагивающих от напряжения руках. – Никогда не снимай.
– Не буду, – серьезно пообещала я, ошалело таращась на плечистого генерала, невесть что забывшего в моей скромной «келье».
Габ тут смотрелся странно и в интерьер не вписывался. Как величественная картина Айвазовского на стене грязной ночлежки или старого гаража.
– Еще раз увижу тебя с каким-нибудь тэром – убью обоих.
Грайнитовые глаза опасно сузились, подтверждая серьезность угрозы. Убьет.
– Ревнуешь?
– Да! – сдавленно выдохнул Габриэл и будто сам себе удивился. – Да, Ализа, ревную. Ты моя жена.
– А ты мой муж, если не забыл…
Я уж мысленно на каждую венку, на каждый шрам бирочки навесила – не отвертится.
– Забудешь тут! Я пытался. Хотел рвануть в академию сразу, как приехал… – глухо пробормотал Габ, избавляя от остатков одежды себя. – Еле удержался. В театре… надеялся, что Сиелла поможет, отрезвит. А сам сжимал в кармане портальный камень, глядел на сцену, не понимая смысла, и думал о жене. Как последний идиот. Беспокоился. Почему не отвечает, почему молчит… Скучала ли?
– Скучала, – призналась ему неохотно.
Имя Сиеллы ранило с той же силой, что обычно. Но сейчас Габ был здесь, в моей спаленке. Возвышался беззастенчиво красивой грудой мышц на узкой, твердой кровати неллы.
– И я скучал, – сообщил он хмуро, точно в неприличной болезни признался. Или в том, что жестоко истребил всех золотых хельмов. – Увидел в ложе с Владом и сошел с ума. Это убьет тебя, Ализа.
– Что?
– Мои чувства тебя убьют."
"Я обиженно проморгалась. Да, верно, Галлея что-то рассказывала…
Трудно впитывать информацию, когда над тобой возвышается «австралийский пожарный» в столь непристойном виде, что даже для календаря не пойдет. Уж больно пожароопасно, все «двадцать пять плюс».
– Но я не могу с ними бороться… Ничего не выходит, – Габ сердито тряхнул головой и рухнул вниз, вбив меня в единственную подушку и задушив в соленом поцелуе.
***
Из окошка на нас глазела местная луна, разбавляя густо-фиолетовое небо Сатара голубым маревом.
