Подруга особого назначения прячется в тени обычной женщины, пока несчастный случай раскрывает ее истинную роль. Внезапное превращение обычной жизни в роковую смену оставляет героиню на грани между жизнью и смертью, заставляя задуматься о настоящей силе дружбы и верности....
Ты… вы… помните меня?
Дима? Какой еще Дима?! Что за Дима Волков в полвосьмого утра?!!
Тут у Варвары в голове просветлело, она снова взвизгнула, но уже от радости, кинулась на дверь, кое-как отперла хлипкий замочек и уставилась на темную, шевелящуюся в вечных подъездных сумерках тушу.
— Димка?!
— Ну да. Это я.
Он говорил с какой-то странной, как будто вопросительной интонацией, словно бы сомневался в том, что Димка — это именно он, и улыбался неуверенной улыбкой и прямо перед собой держал треугольный целлофановый сверток, из которого бодро торчали три замороженные гвоздики.
— Димка! — вскрикнула Варвара, кинулась на него и поцеловала в щеку. Димка испуганно моргал и все улыбался. — Откуда ты взялся, Димка?! Ты же в Америке!
— В Америке, — подтвердил он и сунул Варваре сверток. — Это тебе. Только боюсь, что они не совсем… свежие.
— Они были свежими месяц назад, — нетерпеливо сказала Варвара и потянулась, чтобы еще раз его поцеловать, — но это неважно.
Почему-то она никак не могла взять у него букетик и не сразу сообразила, что это из-за банки.
— Димка, когда ты приехал?!
— Варвара, кто там? Оладьи сгорели!
— Ты… не одна? — спросил Димка, сделал шаг назад и стыдливо потупился, как на просмотре кинофильма «Еще раз про любовь», куда их водили всем классом.
— Я не одна. У меня Таня ночевала, подруга. Слушай, почему мы стоим в коридоре? — Его рука под тканью синей куртки была толстой и теплой, как в былые времена.
— Наверное, потому, что тебе неудобно пригласить меня войти, — предположил Димка, и Варвара фыркнула:
— Ты совсем лишился ума в своей Америке! Пошли! Пошли скорее!
«Скорее» не получилось, потому что у него был рюкзак величиной со стог сена, еще сумка и еще один рюкзак, поменьше.
— Господи, ты что, не заходил домой?!
— Я заходил, — пропыхтел Димка, втаскивая в прихожую — шкаф из гарнитура «Хельга» — всю свою поклажу, — но я их не предупредил.
— Ты разучился говорить по-русски? — уточнила Варвара. За лямку она тянула рюкзак, который поменьше.
— Нет. Но я быстро разучиваюсь. Мне не с кем говорить по-русски.
Варвара перелезла через гору вещей, загромоздивших ее прихожую-шкаф, и захлопнула дверь в коридор.
