Автор
В темное укромное местечко за прилавком вошла трое мужчин. Там мелькало пламя факела — свет маяка, который создавало жуткие тени. Зловещее пламя отбрасывало длинные теньки на холодную линолею, искрилось в глазах рыжеватых стражей портового квартала. Жирная девица вскочила с места, размахнувшись, готовясь к самому страшному — нападению нежданных гостей....
Но она так ясно видела перед собой выжидающие, любопытные лица гостей. Голоса стихли, когда она ступила на последнюю ступеньку и взяла отца под руку.
— Ты великолепно выглядишь, Джасинда, — прошептал лорд Сандерленд.
Она попыталась улыбнуться.
— Еще не поздно, моя дорогая. Скажи только слово, и я сам отведу тебя обратно наверх.
Джасинда посмотрела на отца. Она видела слезы в его глазах. Он боялся, что она поступит именно так, как он сказал. Но даже опасаясь этого, лорд Сандерленд все же предложил ей шанс. На этот раз Джасинде удалось улыбнуться, и она, остановившись, наклонилась к отцу и поцеловала его в щеку.
— Спасибо тебе, папа. Я никогда этого не забуду. — Она отвернулась и взглянула на ожидавшую толпу. — Думаю, пора начинать.
Его высокопреосвященство Халверсон ожидал их у корзины с цветами, поставленной у дальней стены в зале для танцев. Роджер стоял рядом с ним. И хотя Бонклер не был собором, где бы им следовало венчаться, все же дорога к жениху показалась Джасинде вечностью. Но она хотела в эти минуты, чтобы этот путь никогда не кончился.
Красивое лицо Блекстоука светилось радостью, и выражало гордость собственника. Его голубые глаза неотрывно смотрели на Джасинду. Она вздрогнула, заметив, как его рот слегка приоткрылся, и кончик языка облизнул губы.
«Как собака облизывается при виде кости», — подумала она и съежилась от страха, представив себе, что входит в его понятие доставлять ей удовольствие.
— Вы обратили внимание, что у нее не белое платье?
Писклявый женский голос прозвучал достаточно громко, чтобы дойти до слуха Джасинды.
Лорд Сандерленд остановился, похлопал ее по руке и отошел в сторону. К Джасинде подошел Блекстоук, чтобы заявить на нее свои права. Он оглядел ее с ног до головы, обдав холодом.
Его высокопреосвященство откашлялся.
— Возлюбленные друзья… — начал он, и в комнате воцарилась тишина.
Джасинда закрыла глаза, так же, как сердце ее было закрыто от всего, что происходило вокруг. Если она смогла пережить потерю Тристана, значит, переживет и это. Теперь она была сильной, как никогда. Блекстоуку не удастся сломить ее. Он может называть ее своей женой, но это будет лишь оболочка, в которую он облачит свою невесту.
