Перепрыгивая через две ступеньки за раз, я с трудом сдерживаю дыхание. Когда я добираюсь до комнаты Уинтер, мое сердце бьется так громко, что я слышу его в ушах.
Я врываюсь внутрь, и в отличие от того, что я видела менее минуты назад, Уинтер лежит в постели, машины пищат в умеренном ритме, пока она спит. Беспорядочный звук моего резкого дыхания пугает меня до чертиков, когда я чувствую, как невидимые руки сжимаются вокруг моего горла.
Сохраняя спокойствие в голосе, я говорю.
– Открой глаза. Я видела тебя.
Никакого движения.
Как будто она статуя. Но я знаю, что видела, и это не было моим воображением. Теперь мне лучше, я не галлюцинирую и не позволяю своему разуму полностью контролировать мою жизнь."
"– Уинтер…Я не знаю, почему ты притворяешься коматозной, но будет лучше, если ты проснешься и скажешь мне.
Ничего.
Я сдергиваю простыню с ее тела, но она остается прежней, почти как мертвая.
Если я хочу добраться до нее, мне нужно использовать что-то, что спровоцирует ее.
– Мы вышвыриваем тебя, Уинтер.
Мы устали давать тебе крышу над головой и вводить питание в твою кровь, когда ты для нас ничего не значишь. Либо о тебе позаботится благотворительная организация, либо они просто оставят тебя умирать.
Сердцебиение на мониторе усиливается. Да, это влияет на нее. Теперь все, что мне нужно сделать, это продолжать, пока она не расколется, даже если я не имею в виду ни одного слова.
– Если ты не откроешь глаза и не скажешь мне, почему притворяешься коматозной, я позабочусь о том, чтобы это был последний день твоей жизни…
Громкий крик эхом разносится в воздухе, когда она прыгает вперед, вытаскивая шприц из-под подушки.
Я отшатываюсь, но она прыгает на меня, заставляя трубку капельницы вырваться из ее руки.
Мы обе падаем на землю, и она оседлает меня, приставляя шприц к моей шее. Ее грудь поднимается и опускается так сильно, что это почти неестественно. Ее глаза, того же цвета, что и мои, бегающие, широко раскрытые, практически безумные.
– Ты не могла просто оставить меня в покое, сука? – рычит она.
Игла шприца касается моей шеи, и я сглатываю, прежде чем заглушить свой голос.
– Почему... почему ты притворялась, что в коме?
– Потому что твой чертов муж сказал, что будет пытать меня, чтобы получить ответы, как только я открою глаза. – Она тяжело дышит. – И весь этот чертов дом полон охранников и людей, так что я не могла просто уйти. Если бы он узнал, что я проснулась, он бы убил меня.
Ой.
