Я действительно люблю тебя, Лия. Я всегда любил. Но моя форма любви – это не сладость и не мягкость. В этом нет ничего благородного или деликатного. Моя любовь эгоистична и подла. Моя любовь – это тот тип, когда я буду убивать людей, чтобы защитить тебя, и стирать других, чтобы отомстить за тебя. Моя любовь собственническая, навязчивая и не знает границ, не тогда, когда я впервые встретил тебя, и уж точно не сейчас.
Беспомощный звук вырывается из моего горла. Несмотря на то, что его слова – это все, что я хотела услышать, обстоятельства, при которых он их произносит, наполняют меня невыносимой агонией.
– И поскольку моя любовь эгоистична, я поставлю тебя выше всего остального.
– Адриан…
Прежде чем я успеваю собраться с мыслями, он поднимает меня, неся в свадебном стиле, и направляется обратно сквозь метель к дому. Снаружи ждет машина, перед которой стоят все охранники, приехавшие с нами.
Коля смотрит на меня со стоическим выражением лица, а Ян не смотрит мне в глаза.
– Борис и Ян, вы останетесь здесь, чтобы защитить Лию и Джереми ценой своих жизей.
– объявляет Адриан. – Остальные поедут со мной.
– Поедут с тобой куда? – шепчу я испуганным голосом.
Он ставит меня на ноги, гладит волосы за ухом. – Я бы хотел, чтобы, между нами, все было по-другому. Я хотел бы быть тем человеком, которого ты заслуживаешь, а не тем злодеем, который у тебя есть.
– О чем ты говоришь? Почему ты говоришь такие вещи?
– Хорошо воспитай Джереми. Мои люди смогут обеспечить вашу безопасность.
– Почему не ты? Зачем твоим людям это делать?
– Я же говорил тебе, Лия. Наказание за предательство – смерть.
– Нет… нет… Я хватаю его за руку в беспомощной попытке остановить. Мысль о том, куда он направляется, и о судьбе, которая его ждет, заставляет меня задыхаться и рыдать одновременно. – Не ходи к Сергею.
– Если я этого не сделаю, он приедет сюда.
– Тогда... тогда позволь мне поговорить с ним, позволь мне рассказать ему о Ричарде и…
– Это приведет к тому, что тебя убьют.
– Но...
– Нет. Это окончательно.
– Адриан, пожалуйста, – я впиваюсь пальцами в его руку.
Он целует меня в макушку и убирает мою руку, а затем, не оглядываясь, направляется к машине.
Сначала я застываю на месте, горячие слезы покалывают мои щеки. Только когда он уезжает, я прихожу в себя.
Осознание того, что он идет на смерть, сжигает меня, как тысяча огней посреди ледяного холода.
– Адриан! – кричу я, бросаясь за ним. – Адриан, нет! Не оставляй меня...
