Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Офицер ВДВ, погибший при спасении, оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Советско-афганская война, молодость и второй шанс. Теперь он должен изменить историю и предотвратить трагедию, унесшую жизнь его брата. Война требует выбора.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Он единственный ключ к тому, чтобы преуспеть в налете на пограничную заставу шурави. Единственный шанс, при сложившихся обстоятельствах, ударить по неверным и изнутри, и снаружи.
— Что? Что он говорит? — Спросил Стоун, взволнованный тем, что не может понять ни слова.
— Потерпите немного, я скоро вам все объясню, — снова отмахнулся от него Саид. Потом обратился к Захид-Хану: — что вы имеете в виду? Как вам поможет пленный советский разведчик, который ни коим боком не связан с пограничными войсками советов?
— Он — несвязан, — ухмыльнулся Юсуфза, — а вот у его дочери с пограничниками кое-какие подвязки уже есть.
* * *Прошло два дня, как мы нашли Клима в речном рогозе. Наряды у нас не совпадали, и поговорить с ним у меня не получалось. Однако я прошелся по всем ребятам, что ушли с ним на Границу в тот день.
Версия Клима подтвердилась почти полностью. И зацепок я не нашел. Тогда пришлось действовать в лоб.
Из головы у меня не шли те самые воспоминания о Системе, которая странным образом отключилась в день вторжения на Шамабад. Вся мозаика событий, что разворачивалась на моих глазах, медленно выстраивалась в единую картину.
— Приятного всем аппетита, — сказал я, выходя из столовой, где мы ужинали после боевого расчета.
Я недоел. Бросил еду, когда на выход пошел Вавилов. Я, отнеся тарелку с пюре и котлетами Гиви, последовал за ним.
— Клим. — Позвал я, когда мы оказались в коридоре.
Вавилов вздрогнул. Испуганно обернулся.
— Саша? Ты чего?
— Разговор есть.
Клим опасливо огляделся. Уперся взглядом в дверь канцелярии, что была в самом конце левого крыла.
— Какой разговор?
— О девчонке, с которой ты видишься.
Клим не просто побледнел. Он побелел. Его светлые короткостриженые волосы даже встали дыбом.
— Какой девчонке, ты чего? — Сглотнул Вавилов.
— Не притворяйся дураком, — покачал я головой, — я знаю, что это за девчонка. Знаю, что ты видишься с Аминой.
— Витя, что за бред?"
"— «Если тоже ждешь свиданья, то ступай крутой тропой», — я напомнил ему строки из стихотворения Амины, — я успел прочесть. Знаю, что это написала она. Можешь не отпираться.
— Ты про письмо? С чего ты взял, что оно от Амины? Я вообще не знаю, кто мне его прислал! Какая-то Мадина Якубова!
Я схватил Клима за ворот кителя, припер к стенке. Лицо Вавилова исказил страх. Он зажмурился и отвернулся, видимо, решив, что я его ударю. Бить я не собирался.
— Поклянись. Поклянись жизнью собственного отца, что ты с ней не видишься, — прошипел я холодно.
— Я… Я не… Нет…
— Ты не понимаешь, что ты творишь, Клим. Твои дела могут лишить жизни и тебя, и твоего отца.
— Ты… Что тебе надо?.. — Прохрипел Вавилов.
— Правды. Мне нужна правда.
— Хорошо! Хорошо! — Выдохнул Клим, повременив несколько мгновений.
