Только тронь, — сказал черноволосый, пригрозив Уткину пальцем. Я тут же схватил старшего лейтенанта за выставленную руку, заломил ее, одновременно ударил под колено. Офицер рухнул на землю. Берем их! — крикнул я, когда оказался на спине черноволосого. Атмосфера напряженности и нешуточной борьбы в буквальном смысле зацепляет дух читателя dès le premier chapitre....
Такое поведение старшего сержанта Селихова недопустимо, — сказал он. — Согласен?
— Так точно, товарищ капитан, — хрипловато отчирикал Соколов.
— Я напишу рапорт на Селихова, когда все закончится. Пусть в отряде знают, какая неуставщина, в добавок ко всему, тут творилась.
Соколов ничего не ответил.
— Или… — внезапно хмыкнул Лазарев. — Мы можем поступить иначе.
Соколов, смотревший не на капитана, а прямо перед собой, приподнял брови. А потом посмотрел Лазареву прямо в глаза.
— Иначе, товарищ капитан? — проговорил он немного удивленно.
— Верно. Иначе. Если ты, конечно, на это решишься.
Глава 13
Ночь была темная и почти глухая. Здесь, на советско-афганской границе, и вовсе могла бы быть полнейшая тишина. Если бы, конечно, не Пяндж, шумевший под Красными Камнями.
Небо было ясным. Ясным, а еще звездным.
Тарик Хан поправил капюшон на голове. Уставившись в небо, он заметил, как белым прочерком мелькнула таи падающая звезда. Мелькнула и тут же исчезла, будто бы ее никогда не существовало.
Да-а-а. Не такого поворота событий ждал Тарик Хан.
До последнего командир «Призраков» пытался провернуть «операцию» по-тихому. Без привлечения всех сил и средств, что имелись у него в распоряжении здесь, на границе.
Без прямого риска для жизни всего личного состава «Призраков». Как говорится, «малыми группами».
«Две попытки — и обе провальные», — подумал Тарик Хан."
"Причем провалы обеих операций отразились на «Призраках» не лучшим образом.
Тарик понимал — советы уже достаточно знают о том, что же затеяли «Призраки».
Последнее, впрочем, Тарика не сильно удивляло. Наивно было полагать, что операция останется в полнейшем секрете, когда враг, которому они противостоят, этот «Советский Медведь», так силен. Когда с той стороны работают ГРУ и КГБ.
Тарик понимал, что вся игра теперь сводится к тому, кто будет действовать быстрее: Пакистан или же Советский Союз.
Хан полагал, что Пакистан.
Тарик Хан глянул на Захида Хайдера — радиста, присевшего у советской трофейной рации Р-105М.
Молодой радист, носивший позывной «Змей», прижимал к ушам гарнитуру. Слушал.
Тарик его не перебивал. Он терпеливо ждал, что же молодой радист сможет узнать. Хотя они и так уже знали достаточно много.
«Призраки» знали о том, что на заставу «Шамабад» прибыло новое командование. Знали, что это командование достаточно неопытное и молодое.
