Ну, ничего-ничего! Подумаешь! Зато она, Уна, гораздо красивее и аппетитнее этой замухрышки, что уж тут скрывать. А раз и герцог будет рядом, то Уна обязательно воспользуется моментом. Неважно, что герцог подозревает её, уж она-то знает, как действует на этого мужчину горячая женщина. А Уна ещё какая горячая!
Волчица крутнулась перед зеркалом, проводя рукой по своему телу. Да, ей есть чем привлечь и порадовать мужчину. И Уна этим обязательно воспользуется. А чтобы герцог простил ей маленькие ошибки, Уна ещё раз сбегает к старой ведьме. У той всегда есть нужные зелья.
Оборотница немного успокоилась и принялась высчитывать время возможного прибытия в Термон обеих групп. По её прикидкам раньше, чем через неделю, это произойти не могло. Значит, у неё ещё было время. Но, выросшая в семье лидера местной оппозиции, она вольно или невольно знала о делишках и связях отца, поэтому понимала, что они тоже готовятся к приезду милорда, чтобы выдвинуть свои требования.
Какой бы глупой в политике Уна не была, но и она понимала, что оборотни затеяли организовать на землях милорда свой анклав со своими порядками. И если прежние хозяева поместья не обращали внимания на них и спускали с рук поведение молодых самцов, то герцог, как только занял поместье сразу призвал к порядку и законности. Это не понравилось оборотням, которые привыкли к вседозволенности и ускорило их организованный протест. Вот во главе этого протеста и встал её отец, который сам бороться за пост альфы не мог по возрасту и по силе, но подговорил Райнера, который всегда готов участвовать в любой заварушке. Кроме того, отец был самым богатым арендатором милорда и не хотел терять нажитого в случае неудачи, поэтому пытался остаться в тени. Да и жена его была чистокровной человечкой, а Уна уже – полукровкой. Такой факт не то чтобы вызывал недовольство рядовых оборотней, но и уважения Этану Дарену, отцу Уны, не добавлял. Волки считали такие браки слабостью. Исключения были только для истинных пар.
Все эти мысли дальним фоном толпились в сознании волчицы, а главное место занимала мысль о том, как и с каким удовольствием Уна разберётся с этой иномирной выскочкой.
–Ислава, – князь подошёл ближе к столу, на котором была расстелена карта княжества, и Ислава отмечала на ней значками путь своего кортежа до границы с королевством.
– Да, отец? – повернулась девушка к князю.
