И вот ещё что: оборотни Мейго скоро будут выбирать нового альфу. И кое-кто из наших недругов решил в это вмешаться. Помогают местным сепаратистам отделиться от королевства. Нам сейчас такие проблемы не нужны. Иначе договор не сможем выполнить. Я отдал приказ усилить нашу границу, чтобы с нашей стороны в королевство не проник ни один отряд. Имей это в виду.
– Знаю, это Аддерли стараются. Конечно, учту, отец. И если встречу их там, немедленно сдам герцогу. Но меня беспокоит ещё вопрос моей репутации. Что делать будем? Признаваться?
– Вот тут я тебе не помощник. Ты сама затеяла эту авантюру, сама и решай. Но повторю: будь собой – это лучший вариант.
– Я подумаю, отец, – ответила княжна уже вслед родителю, который неторопливо покидал её кабинет.
Самое важное решение – согласиться на исполнение древнего договора, они уже приняли. Теперь Иславе надо было обдумать своё поведение. Она была ещё молода, всего пятьдесят лет. Для магов и оборотней детский возраст. Но уже закончила академию и серьёзно занималась вопросами управления. Ещё на последнем курсе, раздражённая напором потенциальных женихов и любовников, Ислава вначале в шутку, а потом и всерьёз задумалась о двойнике. Тем более, что старая ведьма, живущая тогда в княжестве, предсказала ей брак с королём Риманном. Но сведения, которые приносили тогда агенты были совсем не в пользу короля, и Ислава, совсем молоденькая тогда оборотница, решилась на авантюру, как ей казалось, вполне перспективную.
С согласия князя подобрала похожую девицу, единственной задачей которой было изображать Иславу и посещать многочисленные балы, приёмы, вечеринки, свидания… требование было только одно: подробно сообщать о каждом новом ухажёре и каждом предложении, которое ей сделают.
Был ещё один момент, который преследовала княжна этой маскировкой. Она сознательно шла на дискредитацию своей репутации в надежде, что поток брачных предложений снизится, что слухи о её свободном поведении дойдут до Риммана, и он даже смотреть не будет в сторону княжеской дочери. И это действительно произошло. Девица вращалась в свете, предложений к браку примерно через год её деятельности, князю уже не поступало. А те, что поступали, можно было легко отклонить, не нанося вред княжеству.
С одной стороны, такая авантюра наносила вред княжне: молва пошла та ещё. С другой, среди оборотней, в отличие от людей, добрачные связи не возбранялись и не осуждались. Дети, рождённые от случайных связей, воспитывались кланом и никогда не были брошены.
