В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
Реально доволен тем, что мы теперь связаны браком. С чего бы это? Что во мне такого ценного для него? Не верю я во внезапно вспыхнувшую любовь.
Да и не говорил он ничего о любви даже близко, если разобраться. Только о том, что я особенная для него. Что зацепила... Что стала для него непреодолимым искушением. Все это можно по-разному трактовать. Мне в голову приходят только прагматичные выводы, сдобренные разве что тем фактом, что нас ну о-о-очень сильно тянет другу к другу в физическом плане. Ну не романтичная я барышня.
И тем сильнее мне хочется понять во что меня втянули.
— С чего начать, бесценная моя? — спрашивает Рошад, склоняясь к моему лицу. Проводит костяшками пальцев по моей щеке, убирает прядку волос за ухо. Так нежно и интимно, что у меня дыхание перехватывает.
Спросить хочется о нас, о нашей связи, браке, о том, что теперь будет и как нам с этим жить. Но при Ариде задавать такие вопросы мне неловко. Лучше потом благоверного к стенке прижму, когда мы одни останемся. Вдруг даже получится? А пока я, для начала, решаю выведать у мужчин нейтральную информацию.
— С эмиссаров, наверное, — прошу немного сипло. Вот что он со мной делает? — Я и ночью от вас слышала о них. И сейчас. Кто это такие?
— Про эмиссаров, так про эмиссаров, — на губах Рошада появляется понимающая улыбка. — Они что-то наподобие вашего Интерпола, но занимаются не только розыском, но и задержанием международных преступников. В нашем мире, как и в вашем существует много стран. И в каждой свои законы. Но есть общие для большинства куардов.
— Мне стоит опасаться? — вскидываю я брови. Мало ли как у этих нелюдей принято поступать со свидетелями-людьми. Даже Рошад вон память стирал направо и налево, как оказалось. А тут я собственными глазами вон сколько всего видела.
ГЛАВА 29
— Нет.
