В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
Придушить его что ли?
— А невест у вас не принято поздравлять? Или из куардов такие мужья, что поздравлять не с чем? — прищуриваюсь я возмущенно, хоть немного давая выход всем тем эмоциям что бурлят во мне сейчас, и пытаясь вывернуться из медвежьей хватки.
— Как я могу поздравлять вас, прелестная фуэнта, с тем, что вы выбрали его, а не меня? — на полном серьезе басит Бьярен, задумчиво поглаживая бороду и рассматривая меня с искорками восхищения в льдисто-голубых глазах. — Только Рошада, как более удачливого соперника.
— Бьярен, а может ты уже наконец расскажешь, зачем приехал? И уедешь? — не скрывая раздражения совсем негостеприимно интересуется Рошад.
— Может и расскажу, — флегматично кивает головой тот.
Бросает на меня еще один взгляд на этот раз острый, изучающий, будто до костей сканирующий. Вот хорошо, что у меня браслеты. Нечего им всем мои мысли знать. Шад вот сам напросился.
Бьярен сводит густые брови, смотря уже на моего супруга.
— Может не стоит твоей связанной при этом разговоре присутствовать?
Я чувствую, как напрягается мужское тело, прижатое ко мне.
На самом деле может. Поспешный брак совершенно не основание для доверия, если разобраться. Он меня так же плохо знает, как и я его, и совершенно не обязан посвящать в свои дела с этими эмиссарами.
— Ты собираешься поведать нам какие-то кровавые подробности? — хмуро уточняет Рошад у викинга.
— Нет, — удивленно вскидывает брови Бьярен.
— Мишель, если желаешь, можешь остаться, — подводит итог мой супруг, знатно удивив теперь уже меня. — Мне будет весьма интересно знать твое мнение об услышанном.
— Я... я останусь, — растерянно бормочу, не зная теперь, что думать и чувствовать.
— Хорошо. Бьярен, я весь внимание, — кивает Рошад, увлекая меня обратно к столу, из-за которого мы не так давно встали. Садится на стул, неожиданно привлекая меня к себе и усаживая на колени.
И как это понимать? Очередной собственнический порыв? Или что-то другое?
Остальные двое куардов, словно ничего такого особенного в его действиях нет, спокойно рассредоточиваются по кухне делая довольно просторное помещение маленьким и тесным по ощущениям.
Арид садится у барной стойки.
Бьярен же, почесывая затылок, останавливается посередине."
"— Что ж, — шумно выдыхает он, явно собираясь с мыслями.
