Однако, желание увидеть выступление Сарики с каждым мгновением всё увереннее побеждало совесть.
— Они будут недовольны уже после, — Морвенна махнула рукой. — Когда узнают. Но поделать с этим ничего не смогут.
— Вряд ли они не заметят наш выезд, — я сложила руки на груди.
Совесть снова опасливо трепыхнулась.
— Наш с Феланом выезд, конечно, заметят! — кивнула Морвенна. — Но нам и не запрещено посещать такие заведения. А ты тихонечко выйдешь через дверь для прислуги, пока мы отвлекаем их внимание. Скажешь, что плохо себя чувствуешь, и уйдёшь после ужина пораньше!
Выдав мне всю суть нашего маленького заговора, она удалилась. А я, совершенно растеряв настрой творить, принялась за выбор вечернего платья. То, что надевала на корабле, сразу было отброшено. Ещё пара показались мне слишком скучными для того, чтобы надеть их в такое шумное заведение. Наверняка дамы будут блистать в честь такого важного светского события!
Пройдя несколько кругов отбора, победило роскошного оттенка серо-голубое платье, расшитое жемчугом по лифу и шёлковыми лентами и кружевом — по шлейфу. Но едва я собралась его примерить, как ко мне решила заглянуть Аделла — пришлось спешно прятать наряд.
Как мы и условились с Морвенной, я ушла с ужина чуть раньше и затаилась в своей комнате.
— Они уже собираются! — Рона прибежала ко мне, как только получила распоряжение от моих сообщников.
Мы тоже принялись за сборы. Но как только я надела платье, поняла, что его декольте, пожалуй, слишком открыто. В Ринуане он не вызвал бы никаких вопросов, но здесь всё же приняты более сдержанные наряды. Как бы мой вид не вызвал лишние пересуды!
Но менять что-то было уже поздно. К крыльцу подкатил крытый — по случаю моросящего дождя — экипаж. Значит, пора выходить.
— Всё будет хорошо! — попыталась успокоить меня Рона. — Вы выглядите просто очаровательно!
Пробираясь по коридорам прислуги, я расслышала слегка раздражённый разговор из прихожей. Аделла отчитывала сына за то, что тот “воспользовался подарком Клэрис” и едет на представление по моим контрамаркам “пока бедняжка хворает”.
Мы с Роной переглянулись и одновременно прыснули. Бедный Фелан, ему, похоже, достаётся тут больше всех!
Наконец я вышла из двери под крыльцом и метнулась к калитке. Молодые супруги как раз садились в экипаж. Для меня открыли противоположную дверцу, чтобы можно было сесть к ним незамеченной.
Сердце начало биться снова только когда мы отъехали от дома.