Ну, это я понимал, что хро, а так – типичный полицейский из древнего американского сериала, хороший темнокожий парень, уставший бороться с преступностью, но еще цепляющийся за идеалы. Вторым был хоппер, высокий, бледный настолько, что зеленоватый тон кожи едва угадывался. Нормальная парочка патрульных, в Пунди стараются придерживаться этнического разнообразия в полиции. А к хопперам в этом районе относились нормально.
– Занятная у тебя одежонка, гражданин, – сказал хро. Для своего вида он был самой вежливостью. – Папа был хоппером?
Вот в юморе они не сильны, да. Есть такой недостаток.
– Вторая мама была хоппершей, – ответил я с достоинством. – Разве запрещено честному землянину носить одеяния иных видов?
При слове «землянин» хро поморщился, но вежливо кивнул.
– Нет, не запрещено. А с головой как? Все в порядке?
Хоппер тем временем с любопытством изучал меня. Потом тронул напарника за руку.
– Он в поиске истины. Не стоит ему мешать.
Хоппер пожал плечами.
– Твоя личность не опознается, – пожаловался хро. И в доказательство своих слов нацелил на меня сканер.
Самое смешное, что это не было обязательным. Я мог сослаться на тайну личности, приверженность анонимности, отсутствие самоидентификации, религиозный догмат – и еще кучу всяких оснований.
Но я послушно достал свой телефон, включил и вывел профиль. Урезанный, разумеется, но подтверждающий имя и отсутствие правонарушений.
Если меня отслеживали по цифровому следу, то я, конечно, громко закричал «я здесь!».
– Слушай, землянин Никита. – Хро спрятал сканер в чехол. – Ничего личного. Но твой вид здесь не любят.
Я понимающе развел руками.
– Не хочу возиться с бумагами, – пожаловался хро. У них даже выражения были земные; конечно же, настоящих бумажных отчетов никто не заполнял. – Куда ты идешь?
– В офисный центр. – Я указал на «зубило».
– Моя зона… Постарайся не умереть, пока не войдешь?
– Даю слово, – сказал я.
– И, если получится, потом иди к другому метро. Хорошо? Или вызови машину.
– Что-то с тобой не так, – пробормотал хро. – Ладно. Топай. Но ты делаешь ошибку.
Я еще раз кивнул и пошел.
Как ни странно, на меня никто не напал. Может, потому, что за яркими одеждами не все узнавали землянина. Может, потому, что район был все-таки деловой, мультикультурный и всякое повидавший.
