В мире выведенного на рельсы сценария жизни, надежда остается единственным оружием. Здесь и сейчас, в этой минуте сознания, становится очевидной угроза: ни сна, ни спасения нет – только действовать и жить, несмотря на ужасы вокруг.
– Стой, кому говорю! – Герман перехватил руку с ножом, выбил, нож дзинькнул и покатился. Человек дёрнулся, вывернулся, странно извиваясь – в руках у Германа осталась куртка, – и помчался к лестнице.
Какое-то молниеносное движение, сдавленный крик, и человек кубарем покатился вниз.
Герман ринулся за ним, следом Тонечка.
Человек сидел на полу возле лестницы, держался за локоть и скулил.
– Вставай, – сказал ему Герман. – Или ты ноги переломал?
Незнакомец неуклюже поднялся.
Тонечка подумала, что все драки в сценарии нужно срочно переписать.
– Иди туда, – Герман подтолкнул человека к кухне и повернулся к жене: – Что ты сделала? Почему он упал?
Тонечка пожала плечами с независимым видом.
– Подножку поставила, – сказала она и зачем-то отряхнула свитер. – Мы в университете всё время на «Динамо» бегали, и мне всё время подножки ставили.
– Молодец, – похвалил Герман. – Научилась.
Незнакомец стоял посреди кухни, ссутулив плечи и опустив длинные, словно обезьяньи, руки.
– Ты кто такой? – Герман взял стул, уселся и положил ногу на ногу. – Как ты сюда попал?
Человек дёрнул шеей, и только тут Тонечка его рассмотрела. Он был совсем юный и какой-то… грязный, словно никогда не умывался. Сальные волосы косицами свешивались на лоб, на впалой щеке то ли шрам, то ли пятно.
– Я… эт самое… почапаю, – заговорил человек хрипло. – А? Ты меня не видел, я тебя не видел. Досвидос. А?
– Поговорим, и почапаешь, – пообещал Герман. – Ну? Кто ты такой? Как в дом попал?
Человек пожал плечами. Скулы у него постепенно наливались нездоровой краснотой.
Тонечка соображала.
Взяла стул, подвинула парню и велела ему:
– Садись. Как тебя зовут?
Тот усмехнулся.
– А тебя?
– Меня Антонина Фёдоровна, – сказала она, не дрогнув.
Парень вдруг хохотнул:
– Еврей, что ли?..
– Как тебя зовут?
– Петя. Или Вася. Чё ты мне сделаешь, мужик? – вдруг напал он на Германа. – Я ща пойду, ты чё, наручники на меня наденешь?
– Надаю по заднице, – ответил Герман равнодушно, и это равнодушие, казалось, задело парня. – И сдам в участок. Ты как в дом попал, Петя или Вася?
– А ты как, дядь?
– Мне хозяин ключи оставил. Тебе тоже оставил?
– Открыто было!
– Не бреши.
