Тонечка считает себя счастливой женой известного режиссера, но однажды её уютный мир дает трещину. Что скрывает муж? Готова ли она узнать правду о человеке, рядом с которым прожила столько лет? Новый роман Устиновой о семейных тайнах и иллюзиях.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Пояс Ориона» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Тонечка считает себя счастливой женой известного режиссера, но однажды её уютный мир дает трещину. Что скрывает муж? Готова ли она узнать правду о человеке, рядом с которым прожила столько лет? Новый роман Устиновой о семейных тайнах и иллюзиях.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тонечка считает себя счастливой женой известного режиссера, но однажды её уютный мир дает трещину. Что скрывает муж? Готова ли она узнать правду о человеке, рядом с которым прожила столько лет? Новый роман Устиновой о семейных тайнах и иллюзиях.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
У него оказалась славная, совсем детская мордаха, острые скулы – на левой растекался фиолетовый синяк, – пухлые купидонские губы, зачёсанные назад волосы начали уже подсыхать, кончики завивались. В серой футболке и широченных камуфляжных штанах, страшно модных.
Тонечка быстро взглянула на мужа, хотела было спросить, зачем он купил парню брюки «Стоун Айленд» за бешеные деньги, но не стала.
– Саша, собери его старые вещи в пакет, – распорядилась она, – их нужно отдать в стирку.
– Их нужно выбросить.
– Ну, выброси. Садись, Родион, я тебе заклею здесь и вон на щеке. И рёбра как? Целы?
Он дёрнул тощей шеей.
– Не знаю.
– Больно? Сильно?
– Терпеть можно.
– Тогда терпи.
Тонечка залепила царапины – на щеке и под глазом, – залила антисептиком губу. Парень шипел и мотал головой.
– За что тебя били? – спросила Тонечка, проводя все эти манипуляции.
– Так просто.
– Так просто не бывает.
– А ты откуда знаешь, тётя?
– Я всё знаю. Ещё таблетку, вот эту.
– Да не буду я пилюли глотать!
Тонечка улыбнулась – «пилюли» слово её мужа.
– Придётся.
Она налила воды и, стоя над ним, контролировала, чтоб проглотил, а не держал за щекой.
– Вот молодец. Теперь расскажи мне, как ты попал в дом Кондрата Ермолаева.
Вернулся Герман. Он и вправду ходил к мусорным ящикам во внутренний двор отеля.
– Кондрат сказал, что ты будешь только через три дня, – с порога начал он, услышав Тонечкин вопрос. – Почему ты приехал раньше?..
Парень пожал плечами.
Эти двое не казались ему опасными или подозрительными, но и рассказывать им свою жизнь он не желал.
Нашёлся дядька – повезло, не всем детдомовским так везёт, особенно взрослым! Взрослых никто не хочет, толку от них никакого! Пособие только до восемнадцати платят, а ему уже почти семнадцать, больно кому надо его содержать!.. А свой родной дядька в Нижнем Новгороде не каждому попадается! Когда Маргарита Николаевна, директриса, стала с ним разговоры заводить, мол, кого он помнит из детства, какая мать была, отец какой, кто в гости приходил, он вдруг догадался!.. Не сразу, конечно. Он честно рассказал, что никакого отца вовсе не помнит и не знает, был ли он в их с мамой жизни, а маму он очень любил, вот прямо изо всех сил. Мама весёлая была, кудрявая и всё время пела. Рассказывала, что в роду у них с одной стороны староверы, а с другой поляки, и все пели. Пироги ещё он запомнил. Мама могла соорудить пирог из чего угодно! Маленьким он страшно любил пирог с лимоном – даже фотография осталась, где ему года три и он держит в пухлом кулаке здоровенный кусок лимонного пирога! Удивительное дело, он даже помнил тот пирог, и кто его фотографировал тоже помнил, какой-то дядька с маминой работы. Они пришли с женой, и он всё фотографировал – и стол, и маму, и жену, и вот Родиона!..
