В начале декабря 2001 года, на Кавказе жарким особым дождем окутана Стародубовск. Здесь свирепствует казачий рынок — крупнейший городской базар в регионе. Напряженная атмосфера: низкие тучи, мелкий осадок, холодный воздух и пар от множества торговцев и покупателей. Этот местечек кажется маленькой временемюльной России, где каждый день имеет значение....
— Да, командир?
— Ровно через две минуты я дам трубку твоему старому приятелю, — сообщил Антон. — Я ему пока представлю ситуацию, а ты соберись с мыслями — скажешь что-нибудь хорошее.
— У меня четвертая дуга свободна, — с надеждой сообщил Мо. — Стропы хватает. А?
— Мы рассмотрим это предложение, — Антон криво ухмыльнулся. — Обязательно рассмотрим. Но — позже. Давай, Мо, соберись…
— Мо?! — невольно вырвалось у Ахмеда.
— Ага, это твой старый приятель, — Антон покачал головой, отметив, что у пленника нехорошо задергалось левое веко.
— Печаль моя светла! Печаль моя полна тобой… — красивым баритоном пропел Барин, с интересом наблюдая за пленником. — Да разве сердце позабудет того, кто хочет нам добра, того, кто нас выводит в люди…
— …кто нас выводит в дивера! Смотри туда, — Антон ткнул пальцем в сторону базарного забора, за которым виднелись кузова нескольких фур. — Третья отсюда, тентованная. Видишь?
Ахмед молча кивнул — веко продолжало дергаться, лоб пересекла резкая вертикальная морщина.
— Там Бульдозер со своими мальчуганами. Чтобы ты не сомневался, сообщаю — взяли их от кондитерской фабрики…
Странно, но на сообщение о пленении Бульдозера Ахмед среагировал неправильно. Вернее, никак не отреагировал — напряженно ждал продолжения.
— Чем дальше в лес, тем своя рубашка ближе к телу, — пожал плечами Антон. — В принципе правильно…
— По сути, — поправил Шведов.
— По сути, так по сути, — Антон послушно кивнул и приложил трубку к уху Ахмеда. — А с Бульдозером и мальчуганами — Мо, твой старый приятель. Мо?
— Как перезимовал ваш скот? — затараторил Мо на чеченском. — Стой, стрелять буду! Лежать! Сопротивление бесполезно! Кто командир вашего отряда? Мне нравится твоя сестра. Она печет замечательные лепешки. Этой осенью мы приглашаем весь ваш аул на нашу свадьбу!
Ахмед тихо простонал нечто нечленораздельное, скрипнул зубами и отвернулся.
— Так вот, этот твой старый приятель сегодня ночью занимался странным делом: пилил табуреты. То есть из одной табуретки делал две — но на двух ножках. А ещё он укреплял кузовные дуги, на которых натянут тент. А тент…
— Не надо, — тоскливо глядя в сторону, попросил Ах мед. — Я понял.
— Сейчас тебе зададут несколько вопросов, — перешел к делу Антон.
