В начале декабря 2001 года, на Кавказе жарким особым дождем окутана Стародубовск. Здесь свирепствует казачий рынок — крупнейший городской базар в регионе. Напряженная атмосфера: низкие тучи, мелкий осадок, холодный воздух и пар от множества торговцев и покупателей. Этот местечек кажется маленькой временемюльной России, где каждый день имеет значение....
Правильно говорят в народе: сердце матери — вещун.
Прибыв домой, Сергей втихаря сделал ледяной компресс на ушибленное плечо, пробежал взглядом по расписанию и обмер: вот он, приятный ветерок просвистевшего над глупой башкой шального снаряда! Аккурат сегодня, с девяти до одиннадцати вечера — эн эл пи. Дисциплина, конечно, экстравагантная и весьма неординарная по нашим российским меркам, но… плавать брассом там не заставляют!
— Кретинос натуралес, — прошипел Сергей, но, при смотревшись к расписанию, несколько смягчил классификацию: — А расписание составил толково.
Матушка просто перепутала колонки — «НЛП» размещалось как раз напротив «бассейна». А толковость расписания состояла в элементарной опечатке: рядом с бассейном красовались три «звездочки», предназначенные для растяжки и дыхательной гимнастики цигун, которые необходимо было выполнять ежедневно. Просто ляпнул не то, и все тут. То есть, если бы вдруг матушка обнаружила неточность, можно было бы, как выражаются дети рабочих, «отмазаться».
— Мелочей в нашем деле не бывает, — сделал вывод саморазвивающийся партизан. — И каждую ошибку, если сильно постараться, можно использовать во благо…
Последний инцидент зачислять в совсем уж неприятные не стоит, а по большому счету, может быть, следует отнести к разряду мимолетных капризов его величества Случая, который правит миром.
Как-то вечерком Сергей благополучно высадил очередного «левого» пассажира на Сущевском Валу, прокатился к Рижскому, скромно обозначив через тонированное стекло «фак» банде «лицензионных» таксеров, оккупировавших подступы, и, не найдя в радиусе безопасного удаления ни одной томящейся в ожидании фигуры, направился к проспекту, чтобы ехать домой.
Не успел разогнаться, глядь — в двадцати метрах от светофора торчит дамочка и зазывно ручонкой машет.
— Ну, мать, нашла ты место, где голосить! — недовольно пробурчал Сергей, подражая интонациям записных московских таксистов (пока изучал сферы раздела — не одну сотню у.е. прокатал на такси, тут поневоле интонации запомнишь!).
А проблема была в том, что фонари уже включили, светло — как днем, и совсем рядом, за углом — «лицензионные». То есть «спалиться» — как два пальца в пепси обмакнуть!
— Нештатная ситуация — тоже неплохо. Проверяем работоспособность системы в условиях повышенного риска…
Воровато оглянувшись, Сергей резко затормозил, распахнул дверь и нарочито спокойно бросил:
— Прошу.
Дамочка, заторможенно двигаясь, принялась размещаться на заднем сиденье.
