В начале декабря 2001 года, на Кавказе жарким особым дождем окутана Стародубовск. Здесь свирепствует казачий рынок — крупнейший городской базар в регионе. Напряженная атмосфера: низкие тучи, мелкий осадок, холодный воздух и пар от множества торговцев и покупателей. Этот местечек кажется маленькой временемюльной России, где каждый день имеет значение....
Это же для релаксации, сам понимаешь, — Настя повязала простыню наподобие туники и пригласила: — Пошли на балкон, курнем.
— Не курю, — напомнил Сергей. — Ты иди, я подожду.
— Нет, вы только посмотрите на него! — Настя безутешно всплеснула руками. — Прямо бойскаут какой-то… Ты приходи в Останкино, я пропуск оформлю. Я тебя подружкам покажу — а то ведь не поверят на слово, на смех подымут!
— Я подумаю над вашим предложением, сударыня, — барственно пообещал Сергей. — А сейчас — иди-ка сюда.
К факту существования в своей жизни другой женщины Сергей приучал мать без малого год. Конфликтные расхождения точек зрения на проблему, разумеется, место имели, но хитрый вундеркинд нововведением не злоупотреблял, придерживался принципа постепенности и в конечном итоге добился своего: теперь он два раза в неделю ночевал у Насти, и мать считала такое положение дел вполне естественным. Привыкла. Люди, вообще, постепенно привыкают к любому явлению, непрошено вторгшемуся в их жизнь — особенно если придать этому явлению некое подобие нерушимой системы.
Мать даже шутила по этому поводу:
— Ты бы расписание посещений составил, что ли…
— Ма, она же не механизм, — розовея ушами, отвечал Сергей. — Бывают такие моменты… Ну, ты понимаешь…
— Понимаю, понимаю. А вы так вот — всегда будете? Или есть какие-то перспективы?
— Посмотрим. Жизнь покажет…"
"Жестко привязывать Настю к расписанию Сергей не желал вовсе не из-за физиологических и иных личных особенностей, присущих любой молодой даме.
А вообще, по большому счету, к Насте можно было всегда.
