В холодном подвале жарится тоска и непрекращающаяся боль, но Василина продолжает сопротивляться темпу террора. Здесь воздух дышать невыносимо гадок, но в камере у неё есть одно преимущество — свобода мысли. Ночь настолько черная, что она кажется почти живой. Василина решает сделать этот день особенным и вместе с собой найдётся способ противостоять захлёстывающему злу....
Дав мне немного прийти в себя, после первой волны оргазма, Арид срывается в жёсткий быстрый ритм, топя меня в безумии. И мир вокруг абсолютно перестаёт существовать, и остаёмся лишь мы одни, сгорающие дотла в объятиях друг друга, единые в своей почти животной страсти, в своём безграничном обладании друг другом. Остаётся лишь извечный танец двух тел, хриплые стоны и вскрики, скольжение и сводящее с ума наслаждение. И когда меня накрывает новая волна, бросая мой разум за грань восприятия, я просто растворяюсь в ней, отпуская себя полностью, вверяя себя мужу без остатка.
В полубессознательном состоянии, я чувствую, как бережно обнимают меня мужские руки, как прижимают они меня к большому горячему телу, а лба касаются нежные губы.
– Любимая, ты как? – Арид ласково убирает волосы от моего лица, гладя скулы, целуя веки.
– Жива, кажется. Но не уверена, – утыкаюсь лицом в его ладонь, с упоением прижимаясь к нему ещё ближе. – Не сказала бы, что это было совсем легко. Хоть получилось?
– Да, слияние наших энергетических каналов запущенно и к утру ты станешь неразрывно моя, – с нескрываемым торжеством, уведомляет меня любимый собственник.
– А ты моим, – кусаю его за ладонь.
Я тоже собственница ещё та, если разобраться. Наверное, поэтому и решилась так легко на слияние, как только до конца удостоверилась, что мои чувства взаимны. Мне как-то очень даже нравится идея, что этот шикарный мужчина будет целиком и полностью моим. От полноты чувств я даже обхватываю его руками и ногу сверху закидываю, тиская своё личное вкусное добро.
– Ты права. Я весь только для тебя, – смеётся Арид, сжимая мою ягодицу. – Но Ааму, видимо, слишком сильно на тебя влияет.
– Может быть, – ухмыляюсь довольно, принимаясь вырисовывать на его груди узоры пальцами. – Ты весь такой патриархально-настроенный, она матриархально, а я посерединке и мне тут хорошо. Я не люблю никем командовать, так что главой семьи быть не хочу. Но мне важно, чтобы со мной считались, чтобы у меня была возможность реализовать себя во всех жизненных аспектах.
В ответ муж снисходительно хмыкает. Ещё бы он не знал о моей ревности.
– А что дальше? – поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Дальше? – вскидывает Арид брови.
– Ну да. Сегодня, завтра… Мы женаты? Официально? Что мне теперь делать?"
"– Сегодня… только наслаждаться нашей первой брачной ночью, которая только начинается, – лукаво щурится муж.
