В холодном подвале жарится тоска и непрекращающаяся боль, но Василина продолжает сопротивляться темпу террора. Здесь воздух дышать невыносимо гадок, но в камере у неё есть одно преимущество — свобода мысли. Ночь настолько черная, что она кажется почти живой. Василина решает сделать этот день особенным и вместе с собой найдётся способ противостоять захлёстывающему злу....
Пока я трясусь на сцене, он направляется к ней, как ледокол, уверенно заставляя всех убраться с пути. Невозмутимо, словно хозяин здесь.
И это явно очень не нравится Хасмиеру. Вон как недобро следит за каждым шагом победившего его конкурента.
Мой «хозяин» поднимается по ступенькам, не сводя с меня взгляда. И на ходу зачем-то расстёгивает свой пиджак. А когда подходит ко мне, вовсе снимает его, оставшись в элегантной чёрной рубашке, и, к моему огромнейшему удивлению, набрасывает этот пиджак мне на плечи, заворачивая, как в пальто.
– Потерпи ещё пару минут, маленькая, – улыбается мягко, задержав руки на моих плечах. – Сможешь?
Я только и могу, что растерянно кивнуть. Игра в заботу продолжается? Но это ведь хорошо, наверное? Нахожу в себе силы закутаться в его пиджак плотнее и кое-как заставляю свои непослушные губы изобразить благодарную улыбку.
– Умничка, – хвалит он, погладив мои руки выше локтя. А затем оборачивается к застывшему в нескольких шагах Кайтану. Требует небрежно и холодно, я бы даже сказала пренебрежительно: – Ваш счёт.
– Конечно, уважаемый сай, – теперь уже угодливо лебезит перед ним этот жалкий мудак и достаёт из кармана плоскую чёрную карточку, похожую на наши банковские. – Прошу.
Купивший меня мужчина протягивает руку и проводит над карточкой широким браслетом, выполненным из металла, похожего на тот, что и на моих запястьях сейчас.
– Благодарю за участие и поздравляю с приобретением, уважаемый сай. Да принесёт оно вам радость обладания и продолжение сильного рода.
Вот и всё. Мой «хозяин», не дав себе труда даже ответить что-либо Кайтану, отворачивается от него, как от пустого места, шагает ко мне и внезапно подхватывает на руки, легко, как пушинку, прижимая к своей широченной груди.
Я от неожиданности едва сдерживаю вскрик и судорожно сжимаю полы его пиджака. Выдыхаю, заставляя себя расслабиться хоть немного. Ну подумаешь, на руках решил поносить. Ещё бы клубочком свернулась и разревелась. Всё. Совсем нервы сдают. Надеюсь, это временно.
Мужчина в пару шагов достигает края сцены и начинает спускаться ступеньками в зал. Внизу нас встречает его товарищ, по крайней мере, мне кажется, что это именно он. По улыбке узнаю. И подмигивает опять.
