В холодном подвале жарится тоска и непрекращающаяся боль, но Василина продолжает сопротивляться темпу террора. Здесь воздух дышать невыносимо гадок, но в камере у неё есть одно преимущество — свобода мысли. Ночь настолько черная, что она кажется почти живой. Василина решает сделать этот день особенным и вместе с собой найдётся способ противостоять захлёстывающему злу....
Разве нет? Или он намекает так, что сейчас будет новый приказ посложнее?
– Помню, – отвечаю, с подозрением поглядывая на застывшего напряжённой статуей Арида.
– Когда я скажу, ты разбежишься и прыгнешь, – вышибает он воздух из моей груди.
Глава 13
Прыгнуть? Мне не послышалось? Он с ума сошёл?
– Скажи, что ты сейчас шутишь, – прошу я сипло.
– Не шучу, – слышу в ответ, а остров становится ещё ближе. – Так надо. Приготовься
– Я не смогу! А если упаду? – вскрикиваю в самой настоящей панике.
Не то чтобы я боялась высоты... Но такой боюсь, да. Очень. До трясущихся поджилок и головокружения. Это нормальный человеческий инстинкт самосохранения, а я к тому же ни разу не экстремал. По крайней мере, привыкла так о себе думать.
– Вася, просто доверься. Я. Не. Позволю. Тебе. Упасть, – чеканит Арид и немного поворачивает голову в мою сторону, хоть взгляд по-прежнему не отрывает от движущейся к нам махины. – Нам нужно идти дальше. Это единственный путь. Давай, маленькая.
Ну если единственный… Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Я не могу! Я не могу! Чёрт! А придётся!
Внутри я всё ещё обмираю от ужаса, а тело уже готовится к сумасшедшему прыжку. Впервые с того момента, как я узнала о существовании куардов, воспоминание о том, как один мудак без напряга левитировал меня в воздухе, вселяет надежду, помогая справиться с паническим ужасом, а не наоборот.
Арид вон островами жонглирует, что ему маленькую меня поймать, если я вдруг не справлюсь.
Остров ещё ближе. Ещё. Совсем рядом уже.
Я пригибаюсь немного в высоком старте, невольно раскачиваясь взад-вперёд. Боже, я должна это сделать. Должна! Ну подумаешь, прыжок над пропастью.
– Вася, вперёд! – резко командует Арид, вкладывая толику силы в свой голос.
Десять шагов, как один. Последний на самом краю. Отталкиваюсь что есть мочи, бросая своё тело в безумный полёт.
Бьющееся в истерике сознание успевает отметить, что до острова оставалось ещё целых два непреодолимых для меня метра. Руки беспомощно загребают воздух. Кажется, я даже в воздухе продолжаю бежать.
