Организация охотников на ведьм противостоит силам колдовства, угрожающим ходу русской истории. Магия, серебряные пули и мистические приключения в духе романтической русской литературы ждут читателя в этой захватывающей альтернативной истории, насыщенной сверхъестественной атмосферой.
Раздел Chitat.online для книги «Поэт и Русалка» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Организация охотников на ведьм противостоит силам колдовства, угрожающим ходу русской истории. Магия, серебряные пули и мистические приключения в духе романтической русской литературы ждут читателя в этой захватывающей альтернативной истории, насыщенной сверхъестественной атмосферой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Организация охотников на ведьм противостоит силам колдовства, угрожающим ходу русской истории. Магия, серебряные пули и мистические приключения в духе романтической русской литературы ждут читателя в этой захватывающей альтернативной истории, насыщенной сверхъестественной атмосферой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"— Результат наших совместных с Гаррахом поисков. В свое время мы метнули жребий, и истуканчик достался мне, чего Гаррах мне так и не простил… И, кстати, зря. Тот, кто помог нам его раздобыть, клялся всем на свете, что это и есть некая модель, пробный шар безвестного создателя Голема… да, вот именно безвестного, потому что Бен Бецалель тут вовсе ни при чем… Может быть, тот человек был прав, и это в самом деле проба сил творца настоящего Голема. Не знаю. Одно ясно: эта штука столь же бесполезна, как веселые ящерки в огне. Уж я-то могу утверждать со всей уверенностью, она у меня восемнадцать лет…
— Но вы ж его умеете оживлять! — выпалил барон.
— Толку от этого мало, — преспокойно ответил Грюнбаум. — Всякий раз повторяется одно и то же: истуканчик приходит в движение, но способен пройти не более двух десятков шагов… после чего, если не встретит никакого препятствия, падает и вновь становится мертвее камня. А если попадется препятствие… ну, вы видели.
— Ну, а коли ему…
— Подставить ногу? — спокойно спросил Грюнбаум. — Категорически бы вам не советовал, вспоминая мою несчастную кошку… Неприятное было зрелище. Бедное животное оказалось буквально разорвано пополам.
— Я бы на вашем месте выкинул бы эту тварь в речку поглубже, — сказал барон. — Или поработал кувалдой…
— Мне кажется, мой юный друг прав, — сказал без выражения граф.
— Духу недостает, — признался Грюнбаум с ноткой стыдливой беспомощности. — Как-никак, воспоминание о десятках лет, отданных… Вот и храню в шкафу, как влюбленный бережет локон возлюбленной. Так что же, господин граф, будете утверждать, что это обычная глина?
— Пожалуй, не рискну…
Грюнбаум повернулся к нему резко, порывисто, так что полы шлафрока разлетелись нетопырьими крыльями:
— А теперь представьте себе настоящего Голема, рушащего все на своем пути. Уж если эта куколка в мгновение ока переломила вашу солидную дубовую трость… Или вы рассчитываете, что Гаррах ограничится тем, что поместит Голема в стеклянный шкаф и будет остаток жизни гордо демонстрировать, как особенный раритет? Это я перегорел — а наш общий знакомый Густав Гаррах все еще полон неистребимого мальчишеского желания забавляться с любой диковинной штукой, какая только попадется…
Судя по лицу графа, он эти опасения разделял полностью.
— Я, думается, состарился, — продолжал Грюнбаум. — Поскольку в глубине души жажду одного: покоя, неизменности… А это как раз и есть характерная черта старости. Можете думать что угодно о моих побудительных мотивах, но мне, право же, по-настоящему страшно, когда я представляю этого истукана на пражских улочках…
— Кровь и гром! — воскликнул барон. — Но пушка-то его, надеюсь, остановит?
— В конце концов, — сказал граф.
