Взгляды скользнули мимо разбитого окна на улицу, где ожидаемый жених так и не появился. Вместе с надеждой погасла и веселость - место стало напоминать свадебную церемонию в кофейне вместо торжественного бала. Я срывала шпилет, будто играла в журавушку с невестой-некропоповкой, а не кухаркой наедине с веселой сестрой....
- То, за что некоторые могут продать душу. Да что там душа, целое королевство! И вы его отдаете… мне?!
- Дитя мое, - отец Климент откинулся на скамью, поднимая взгляд серо-голубых глаз на богиню Иланну. - За свою очень долгую жизнь я видел многих людей. Королей и нищих, адмиралов флота и погонщиков караванов, распутных женщин и монашек. Но я не знаю никого, кто бы заслуживал этот камень больше чем ты, Мелисса.
В храме вновь повисла тишина. Торжественная и звенящая. А я… почувствовала, как по щеке стекает горячая влага.
- К тому же сам по себе камень не дает ничего. Ты ведь понимаешь, что нужен сам амулет “Желаний” и второй камень - бога Тьмы?
- Да-да, конечно, - я торопливо кивнула и взяла камень, осторожно сжимая удивительно гладкие грани волшебного камня. - Спасибо вам огромное, отец Климент! Но у меня пока еще есть время, чтобы их найти.
- Пока еще? - нахмурился он.
- Появился Мор, - ответила я и закусила губу. - Вчера. Прямо здесь.
- Тот шаккарец, будь он проклят?.. Тогда тебе стоит поторопиться, девочка.
Я лишь кивнула: да, стоит. Особенно теперь.
Хотелось ещё так много спросить, поговорить, рассказать про Ташу и Рата, про работу в таверне. Но… о чем так долго могут говорить обычная кухарка и человек, которого называли единственным из ныне живущих святых?..
Торопливо поклонившись и, подхватив корзинку, я направилась к выходу, ощущая между лопатками мраморный взгляд Иланны.
А ещё я опаздывала на встречу с управляющим Джеффри О’К и его таинственным нанимателем.
Добраться до нужного особняка удалось лишь десять минут спустя. И то пришлось поймать кэб. Двухместный колесный экипаж, запряженный молодым каурым жеребцом, протарахтел по брусчатой мостовой и остановился у особняка герцога аль Лавамини.
Я выскочила из повозки, прикрывая лицо рукавом: как назло начался дождь.
Торопливо отсчитала кучеру шесть пенсов за поездку и подхватила корзинку, направляясь к дому. Но совсем не к парадному подъезду. Там мне было делать нечего. Меня ждал черный вход для прислуги и бесчисленных доставщиков.
Как и большинство домов аристократов, особняк явно не раз пострадал за последние три года.
