В мирном видении аэропорта, служащая улыбнулась: "How are you, mate?" Харри, притворяясь спокоен, ответил: "I’m fine." Но его ложь уже отчеканивала в воздухе. За последние тридцать часов он пересел с Осло до Лондона, затем Бахрейна и вот теперь — прямо перед запасным выходом из Сингапура. Его тело сопротивлялось неестественной позе застенчивого сиденья....
– А вы видели в городе лозунги демонстрантов? – спросил помощник шерифа. – Людей призывают пойти завтра на посадочную площадку и разломать наш вертолет. Мы, мол, не имеем права фотографировать частную собственность. А вчера пятеро приковали себя к нему, так что вылететь удалось только к вечеру.
Шериф и его помощник усмехнулись. Значит, они еще не сломлены.
После очередной чашечки кофе Эндрю и Харри встали, сказали, что пора бы побеседовать с этим Эвансом Уайтом, и, пожав блюстителям руки, поблагодарили за кофе.
– Кстати, – обернулся Эндрю в дверях: – Я тут выяснил, что кое-кто у вас в Нимбине промышляет героином. Такой тощий парень с черными волосами. Похож на вампира на диете.
Шериф вскинул брови:
– Героином?
– Это, наверное, Мондейл, – предположил его помощник.
– Мондейл, чертов выродок! – выругался шериф.
Эндрю взял под козырек, хотя козырька, конечно, никакого не было.
– Просто подумал, что вам будет интересно узнать.
– Ну, как поужинал со свидетельницей из Швеции? – спросил Эндрю по дороге к дому Уайта.
– Неплохо. Специй было многовато, а так – ничего, – небрежно ответил Харри.
– Дубль два, Харри. О чем вы разговаривали?
– О разном. О Норвегии и Швеции.
– Ну-ну. И кто победил?
– Она.
– А что есть в Швеции, чего нет у вас в Норвегии? – поинтересовался Эндрю.
– Ну, для начала, у них есть пара хороших кинорежиссеров. Бу Видерберг, Ингмар Бергман.
– А, кинорежиссеров, – хмыкнул Эндрю. – Их везде полно. А вот Эдвард Григ – только у вас.
– Ого, я и не знал, что ты интересуешься классической музыкой.
– Григ был гением. Возьми, к примеру, вторую часть его симфонии до-бемоль, там…
– Извини, Эндрю, – прервал его Харри. – Я в детстве слушал панк-рок и из симфоний лучше всего помню «Иес» и «Кинг Кримсон». Я не слушаю древнюю музыку, понимаешь? Все, что исполняли до тысяча девятьсот восьмидесятого, – каменный век. У нас в Норвегии есть группа «Думдум Бойз», так вот они…
– Симфония до-бемоль исполнялась в восемьдесят первом, – сказал Эндрю.
Харри сдался.
Эванс Уайт смотрел на них из-под приспущенных век. Спутанные волосы падали ему на лицо. Он почесал промежность и демонстративно отрыгнул. Казалось, гостям он не удивился. Не потому, что ждал их, а потому, что не считал удивительным, что его разыскивают. Как-никак он продавал лучшую кислоту в округе, а в таком маленьком городке, как Нимбин, слухи расходятся быстро.
