В мирном видении аэропорта, служащая улыбнулась: "How are you, mate?" Харри, притворяясь спокоен, ответил: "I’m fine." Но его ложь уже отчеканивала в воздухе. За последние тридцать часов он пересел с Осло до Лондона, затем Бахрейна и вот теперь — прямо перед запасным выходом из Сингапура. Его тело сопротивлялось неестественной позе застенчивого сиденья....
Нас не волнует, что вы в связи с этим чувствуете и чего не чувствуете. Но, как вы, должно быть, понимаете, сейчас мы ищем убийцу, и, если вы не постараетесь нам помочь здесь и сейчас, придется препроводить вас в полицейский участок в Сиднее.
– Я и так собирался в Сидней, и, если ваше предложение означает бесплатный билет на самолет, я согласен. – Уайт бросил презрительный взгляд.
Харри не знал, что и думать. Либо Эванс Уайт действительно такой крутой, каким хочет казаться, либо просто страдает так называемыми «отдельно развитыми душевными качествами» – типично норвежское понятие, подумал Харри: больше нигде в мире от закона не требуют определять качество души.
– Конечно, мистер Уайт, – ответил Эндрю. – Бесплатный проезд, бесплатная еда и проживание, бесплатный адвокат и бесплатная известность как подозреваемого.
– Big deal[19]. Буду готов в течение сорока восьми часов.
– В таком случае в придачу вы получите бесплатную тень – круглосуточно, бесплатную проверку, дома ли вы по ночам, и, возможно, даже пару неурочных обысков.
Эванс допил пиво и теперь старательно отковыривал от бутылки этикетку.
– Господа, что вам нужно? – спросил он угрюмо. – Я знаю только, что однажды она пропала. Я собирался в Сидней и решил ей позвонить, но ни на работе, ни дома ее не оказалось. Потом я приезжаю и в тот же день узнаю из газет, что ее нашли убитой. Два дня я хожу как зомби. Кстати, по поводу «убитой» – сколько людей умирает вот так, задушенными?
– Не очень много.
– Алиби? – пискнул Эванс. – Что вы имеете в виду? Я что, подозреваемый? Или вы хотите сказать, что за неделю не напали на след?
– Мы ведем поиски во всех направлениях, мистер Уайт. Вы можете вспомнить, где были за два дня до своей поездки в Сидней?
– Здесь, дома. Где ж еще?
– Один?
– Не совсем, – ухмыльнулся Эванс, поднимая пустую бутылку. Описав в воздухе изящную параболу, бутылка бесшумно исчезла в мусорной корзине за кухонной скамейкой.
– Позвольте узнать, кто был с вами?
– Да, естественно. Мне скрывать нечего. Женщина по имени Анджелина Хатчинсон. Она живет здесь, в Нимбине.
Харри сделал запись в своем блокноте.
– Ваша любовница? – уточнил Эндрю.
– Что-то вроде, – ответил Эванс.
– Что вы можете рассказать об Ингер Холтер? Кем она была и чем занималась?
Эванс вздохнул:
– Мы не так давно были знакомы.
