Вновь звонит железная дверь, и по крыльцу ступает капитан Харлачев - усталый вояка из отряда, где Стриж провел последние два года. Анатолий, словно обретя вторую жизнь, приникает к бутылке закусочной, а старина капитан подбадривает его легкой улыбкой и предложением с головы до ног перекусить в своём шкафу....
Ну а Голома? Арифулин знал, что лейтенант ненавидит Стрижа, и решил сыграть на этом. Но глядя сейчас в выпученные от усердия и напряжения глаза «вечного» лейтенанта, он вдруг засомневался. ""Боже, какой осел! Неужели он и здесь дров наломает?""
— Все ясно?
Четверо просто кивнули, Голома же щелкнул каблуками и рявкнул:
— Так тошно! Разресите итти?
— Идите! — отослал его подполковник. Участковый, круто развернувшись и, как на плацу, печатая шаг, двинулся к двери. Оставшиеся милиционеры давились от смеха.
— Как он мне надоел! — пожаловался Арифулин своим подручным и нажал клавишу вызова дежурного.
— Зыков? Тормозни там Голому, дай ему в подчинение двух орлов и пусть пешком, да-да, не ослышался, пешком патрулирует свой участок. Все!
— Ей-богу, если Стриж его грохнет, я буду только рад. Ну вы-то все поняли? — снова обратился он к подчиненным.
Те дружно закивали головами. Арифулин протянул им пачку «Мальборо» и, пока старшие машин разбирали сигареты, добавил:
— Не чикайтесь там.
У каждого свои стимулы и поощрения.
Он вытащил из дела фото Стрижа.
— По ходу отдайте в лабораторию, пусть размножат и десять штук принесут мне, срочно.
Оставшись один, Арифулин подошел к большому зеркалу, критически оглядел себя, вытащил из кармана расческу и стал аккуратно, волосок к волоску, укладывать волнистые волосы.
Честолюбив был Арифулин, высоко метил. Когда четыре года назад его пнули из областного центра сюда, в захолустье, он подумал, что все, карьере его конец. Но, оглядевшись на новом месте, с удивлением вдруг понял, что как раз здесь у него власти больше, чем было там, под большим начальством. Да и кому он нужен, этот городишко в трех часах езды от центра? И Арифулин быстро освоился здесь, вошел, как патрон, в дьявольскую обойму местной мафии.
