После долгих лет в тюрьме Анатолий Стрижов возвращается в город, где его враг стал всесильным мафиози. Выжить кажется невозможно, но у Стрижа есть мужество и верные друзья. Ему предстоит сложная схватка с преступным миром, где каждый день может стать последним.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Полет Стрижа» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После долгих лет в тюрьме Анатолий Стрижов возвращается в город, где его враг стал всесильным мафиози. Выжить кажется невозможно, но у Стрижа есть мужество и верные друзья. Ему предстоит сложная схватка с преступным миром, где каждый день может стать последним.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Петрович Сартинов Литрпг подборки серии
После долгих лет в тюрьме Анатолий Стрижов возвращается в город, где его враг стал всесильным мафиози. Выжить кажется невозможно, но у Стрижа есть мужество и верные друзья. Ему предстоит сложная схватка с преступным миром, где каждый день может стать последним.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Мне кажется, что он все понимает и хорошо говорит по-русски, — попробовал вступиться Семыкин.
— Нет-нет, — поднял ладони вверх Муса, — он вырос в горах, большую часть жизни провел на пастбищах, откуда ему хорошо знать русский язык?
— Вы бы могли переводить, если уж так плохо обстоят дела, — предложил следователь.
— Нет, я человек занятой, мне скоро надо на одну важную встречу. Бизнес, понимаете ли, коммерция. О, я даже уже опаздываю.
Тут к Петренко подошел один из экспертов, прошептал что-то на ухо. Тот оглянулся на машины чеченцев.
— Муса Алиевич, а где еще один ваш автомобиль, «джип»?
— А, ""джип"", — Муса с облегчением рассмеялся. — Увы, лишились мы этой машины. Иса, наш самый младший братишка, поехал кататься и перевернул его.
— Что, так сильно? Неужели не отремонтируете?
— Сгорел «джип», дотла сгорел! Иса еле выпрыгнул, чуть сам не погиб.
Он крикнул что-то в сторону крыльца и к столу робко приблизился шмыгающий носом подросток лет шестнадцати. Даже за несколько шагов от него несло бензином и гарью.
— Вот, полюбуйтесь — штаны даже подпалил.
Нижние концы пятнистых маскировочных штанов действительно порыжели от огня.
— Где и когда это произошло? — спросил Петренко у ""самого младшенького"".
Тот недоуменно перевел взгляд на брата. Чувствовалось, что он действительно не понимает по-русски. Муса что-то энергично и требовательно начал спрашивать у него. Иса долго и путано отвечал, старший снова переспрашивал, обращался к толпе на крыльце, те тоже что-то кричали в ответ. Шум стоял, как на базаре.
Наконец Муса коротко и грубо что-то сказал пацану, и тот совсем опустил голову.
— Какой ишак, а! Разбил машину и даже не может объяснить где. Еле у других выяснил. Это километрах в пятнадцати от города, там еще колос такой железный стоит.
— Совхоз ""Урожай"", — подсказал Семыкин.
— Да-да, вот именно."
"— Но сейчас ведь вы переводили слова Исы, почему же вам не перевести и ответы другого брата? — заметил усмехнувшийся Петренко.
Муса явно не ожидал такого вопроса. Глаза у него забегали, он метнул злобный взгляд на топтавшегося рядом Ису, что-то буркнул ему, и тот отошел к крыльцу под насмешки стоявших там родичей.
— Это другое дело. — Муса что-то сказал Алибеку, и тот, пожав плечами, поднялся со стула и, отойдя на несколько метров в сторону, демонстративно повернулся к ним спиной, закурил сигарету.
Муса примостился боком на стул, на котором только что сидел Алибек, и вполголоса начал объяснять:
— У нас с братом сложные отношения. Он, как вам это сказать, не совсем примерный младший брат.
Чересчур гордый, чересчур вспыльчивый, понимаете ли. Мне часто приходится его, как бы это сказать, то остужать, то осаживать. А он считает, что я к нему слишком плохо отношусь. Это моя головная боль, — слова давались ему нелегко.
