Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
"
"«А если кому-то и придет в голову приглядеться к компаньонке Кассандры, — продолжал Годфри, — он не узнает в страхолюдной мисс Смит мятежную дочь лорда Эйвсона». С присущим ему безмерным оптимизмом мистер Демарест заверил Антонию, что, поскольку ее не вывели на чистую воду в Сомерсете, она останется неузнанной и в Лондоне.
Теперь в душе Антонии поселилась тревога. Один неверный шаг, и все узнают, кто она такая на самом деле. Разоблачение обернется громким скандалом. Бесчестье коснется не только ее, но и мистера Демареста с Кассандрой.
— Даже в такой глуши, как Париж, исправно работает почта, — сухо произнесла она. — Не воображай, что гнусные сплетни обойдут тебя стороной.
— Ну, разве он не красавец?
Понимая, что вот-вот проиграет битву, Антония попыталась увести разговор в сторону:
— Твой отец? Да, он очень хорош собой.
Касси издала утробный хохоток, который изрядно удивил бы многих воздыхателей, превозносивших ее утонченность.
— Не папа, лорд Рейнло. Только не притворяйся, что ты не заметила этого, Тони. Я видела, как ты с ним разговаривала.
— Я предостерегла его, чтобы держался от тебя подальше.
Антония сказала чистую правду, хотя и не всю. Ее захватывающий разговор с Рейнло на глазах у всего лондонского света вместил в себя и многое другое. Мисс Смит готова была провалиться сквозь землю от стыда. Как она могла поступить столь опрометчиво?
— Держу пари, он превосходно целуется, — мечтательно вздохнула Касси.
— Леди не пристало высказывать подобные мысли, — одернула ее Антония, хотя высокая стройная фигура маркиза по-прежнему стояла у нее перед глазами.
Мисс Смит и сама отличалась высоким ростом, но Рейнло возвышался над ней словно башня. Касси была права. Остальные мужчины в сравнении с ним казались жалкими, ничтожными. Развратники умеют пустить пыль в глаза. Уж ей-то следовало знать.
После всего, что ей довелось пережить, Антония считала себя неуязвимой для мужских чар. Вот уже десять лет, как она избегала мужчин.
Так почему же ее бедное сердце предательски замерло, стоило ей увидеть распутного негодяя Рейнло? Рядом с ним другие молодые повесы казались сущими пугалами. Его отвратительная самонадеянность, развязность и вульгарность должны были бы вызвать у нее отвращение. Но она вовсе не отшатнулась с негодованием, черт побери.
А теперь Касси с сияющими глазами восхищается этим чудовищем.
