Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
— Я вижу тебя одетой в шелка, усыпанной драгоценностями. Ты могла бы повелевать этим залом. Довольно одного взгляда твоих льдисто-голубых глаз, чтобы исполнилось любое твое желание.
Прежде чем Антония успела сказать в ответ какую-нибудь колкость, Рейнло закружил ее в стремительном вихре, и ей пришлось уцепиться за него, чтобы удержать равновесие. Она взволнованно перевела дыхание, скованность ее исчезла. Краем глаза маркиз заметил, что Касси с нескрываемым интересом разглядывает его.
На губах Николаса мелькнула торжествующая улыбка.
— Пожалуйста, остановись. — Антония сжала плечо Рейнло. Они только что сделали круг по залу. — Ты выставил меня на посмешище.
— Я хочу танцевать с тобой, — упрямо заявил маркиз, хотя в дрожащем голосе Антонии явственно слышалась горечь.
— А я не желаю танцевать с тобой, — с вызовом возразила мисс Смит.
— Мне не дозволено танцевать с тобой, но ты будешь прибежать мне, — сказал маркиз.
Антония в ужасе обвела глазами толпу любопытных, кровь отлила от ее лица.
— Мы не должны говорить об этом, — яростно прошипела она. — Не здесь.
Рейнло беспечно усмехнулся, не обращая внимания на ее слова. Другие танцующие пары были достаточно далеко, никто не мог их слышать.
— Я хочу снова обладать тобой.
Антония метнула на него гневный взгляд.
— Нет…
Рейнло ответил ей улыбкой.
— Да.
Рейнло бросил нетерпеливый, жадный взгляд на французов окно, за которым простирался сад с уединенными аллеями и тенистыми деревьями. Два или три скользящих шага, и танцующая пара окажется во мраке ночи.
Два шага…
Легкий ветерок, ворвавшийся в двери, коснулся разгоряченного лба Рейнло, словно умоляя не поддаваться безумию.
Но хотя страстная любовная сцена в саду представлялась ему весьма соблазнительной, Рейнло не уступил искушению. Проклятие! Ему приходилось придерживаться приличий. Николас не мог опозорить Антонию, объявив всему свету, что эта женщина доводит его до неистовства словно неискушенного мальчишку.
Антония быстро вновь подхватила ритм музыки, чуть отстранившись от Рейнло.
