Автор
В апреле 1827 года Лондон переполняется праздничным вихрем, и Николас Чаллонер, известный повеса, покидает свой обычный мир для участия в балу дебютанток. Его присутствие вызывает необъяснимое шоковое замешательство — кого же ожидалось на подобном собрании? Вопросы разносятся по столам, как воздушные платья танцующих дебютанток....
Антония будет по-прежнему управлять делами поместья. Только теперь она займет то положение в обществе, которого лишилась, сбежав из дома с Бентоном. Наконец-то она обретет покой и вернет себе всеобщее уважение.
Задумал ли Демарест сделать Антонию Хиллиард своей женой с самого начала, повстречавшись с ней на корабле, плывущем из Франции? Едва ли. Антония знала по собственному опыту, что кузен редко оглядывается назад и не размышляет о последствиях своих поступков. Трагическая история Элоизы Чаллонер служила тому подтверждением.
Но устраивало ли это ее саму?
Демарест и не думал притворяться, что оставит свои привычки завзятого повесы, однако он упомянул о детях, рождению которых был бы рад. Так он деликатно давал понять, что готов разделить е Антонией ложе, если она того пожелает; но не будет настаивать на исполнении ею супружеских обязанностей.
Пальцы Антонии яростно вцепились в столик красного дерева подобно когтям хищной птицы. Ей хотелось иметь детей, семью, собственный дом взамен временного пристанища, обретенного благодаря чьей-то милости. Готова ли она ради всего этого мириться с изменами мужа? Готова ли закрыть глаза на вероломство кузена, погубившего Элоизу Чаллонер? Готова ли делить постель с Годфри Демарестом? Антония закрыла глаза, пытаясь прогнать воспоминания о небывалом блаженстве, подаренном Рейнло.
Нет, она должна изгнать Рейнло из мыслей, из памяти, из сердца. Забыть страсть, ложь, греховный соблазн и пьянящий восторг. Забыть клокочущую ярость. Пора прислушаться к голосу рассудка, а не сердца. Сердце оказалось плохим советчиком."
"Возможно, у них с Годфри Демарестом еще есть надежда на счастье.
Ни Демарест, ни Антония не ожидали друг от друга великой страсти. Баском-Хейли давно стал для Антонии домом, а Касси она любила нежно, как сестру, и легко справилась бы с ролью матери.
