Если Дженевив узнала в нем ночного грабителя, пусть лучше скажет напрямик.
Она долго смотрела на него, словно ощупывая лицо взглядом, а потом ответила:
– Пока нет. – Это с натяжкой можно было назвать ответом. – Я должна идти.
Дженевив перехватила метлу поудобнее и зашагала к дому, гордо расправив плечи и вздернув подбородок. Она чеканила шаг так, словно была солдатом, а метла – винтовкой. Девушка могла показаться нелепой, пытаясь выказать свою независимость, однако Ричард смотрел ей в след с нежностью и волнением.
Что, если опасные люди, кем бы они ни были, вернутся за подвеской и обидят смелую, но хрупкую дочь викария?
Она не должна пострадать!
Сокровище Хармзуортов может подождать, решил Ричард. Сейчас у него есть задача поважнее: он должен проследить за безопасностью Дженевив.
Лорд Невилл был вне себя от возмущения, услышав о новом нападении на викария. Дженевив рассказала о грабителях как о «жалких, мелких людишках», сбежавших раньше, чем она успела позвать на помощь, но это ничуть его не успокоило. Фэрбродер настоял на серьезном обсуждении случившегося в библиотеке.
И хотя приглашен на беседу был только викарий, его упрямая дочь последовала за ним. Заметив это, Ричард присоединился к остальным. Дженевив ждала, что лорд Невилл будет протестовать против его присутствия, однако тот только раздраженно поджал губы.
Она стояла у камина, вытянув руки к огню. Осень быстро наступала – с утра было сыро и холодно.
Вторая попытка ограбления за месяц с небольшим. Это выглядело слишком подозрительно. Что, если мистер Эванс прав и последний взлом – дело рук лорда Невилла? Впрочем, точно так же это могло оказаться делом рук самого мистера Эванса, который всюду совал свой нос.
Да, визит к герцогу Седжмуру был неплохим алиби, но ведь ограбление не обязательно совершать лично. Гораздо проще заплатить лихим людям и преспокойно ждать результата.
И во второй раз ничего не пропало! Значит, предположение Кристофера Эванса было правдоподобным: охотились именно за подвеской. Какое счастье, что Дженевив носила драгоценную вещицу в потайном кармане своего домашнего платья!
Когда мистер Эванс нагнал ее в подлеске, она едва не бросила ему в лицо обвинение, крутившееся на языке. Ей хотелось заявить наконец, что она давно узнала в нем первого странного грабителя, однако страх, что, будучи раскрытым, он погубит ее репутацию, взял верх. Теперь у нее было два шантажиста, и это изрядно усложняло ситуацию.