Автор
В романе "Помнишь ли ты..." автор берет вас в душевное путешествие через сложные отношения между людьми, освещая тонкости памяти и предательства. Здесь каждое действие важно, как в игре шахмат, где каждый ход имеет значение. Атмосфера книги наполнена тайными знаками, невысказанными словами и мимолетными перемещениями, создавая ощущение глубокой реальности происходящего, заставляя читателя задумываться о самопознании и взаимоотношении.
— Будет лучше, если я сниму его сейчас — чтобы не забыть и не унести с собой, — решила она, нащупывая замок.
— Оставьте ожерелье в покое, — заявил Коул. — Я купил его вам.
Это было сказано таким тоном, что Диана замерла.
— Нет, вы купили его для женщины, на которой собираетесь жениться…
— Именно так я и сказал.
Диана потрясла головой, словно желая привести мысли в порядок. Повернувшись так, чтобы видеть лицо Коула, она откинула волосы со лба и грустно призналась:
— Сегодня я выпила больше, чем обычно, и теперь мне трудно уследить за нитью разговора. Мне кажется, вы говорите загадками.
— В таком случае поясню: я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж, Диана. Сегодня же.
Она схватилась за перила и издала короткий смешок:
— Коул Гаррисон, вы пьяны?
— Нисколько.
Диана в восхитительном смущении отвела глаза:
— Значит… это я пьяна?
— Нет, а жаль."
"Наконец она разжала пальцы и обернулась к нему с дрожащей улыбкой:
— Должно быть, вы шутите.
— Нет, я совершенно серьезен.
— Не хочу показаться неблагодарной или вызвать ваше недовольство своей критикой, — насмешливо произнесла она, — но, пожалуй, следует предупредить вас: в своей галантности вы зашли слишком далеко.
— Галантность здесь ни при чем. Бесстрастным, объективным взглядом Коул следил за попытками Дианы обуздать веселье. «Она чертовски прелестна», — думал он. Фотография в газете, вероятно, появилась из какого-нибудь журнала и не давала полного представления о внешности Дианы, ничем не намекала на чарующую теплоту ее внезапной улыбки, красные искры в блестящих волосах, мерцание зеленых глаз, прикрытых густыми ресницами.
С трудом сохраняя серьезное выражение лица, Диана предположила:
— Либо жалость ко мне подтолкнула вас к невероятной крайности, мистер Гаррисон, либо вы что-то скрываете.
— Я еще не сошел с ума, — возразил Коул, — и жалость не имеет никакого отношения к моему намерению жениться.
Диана вгляделась ему в лицо, на которое падала тень, желая убедиться, что Коул шутит, но он оставался невозмутимым.
— И я должна принять ваше… предложение всерьез?
— Уверяю вас, я не шучу.
— Тогда вы не будете возражать, если я задам вам несколько вопросов? Он развел руками:
— Спрашивайте, о чем пожелаете. Диана склонила голову набок. Смущение и недоверие боролись в ней с весельем.
— Вы, случайно, не употребляете какие-нибудь наркотики?
— Нет.
