– Арен, неужели ты думаешь, что меня просто так определили на боевой факультет? – Протягиваю к нему руки, и золотые потоки его магии радостно охватывают их, проникают в кожу. Поглаживая Арена по груди, кокетливо заглядываю в глаза. – Мы вроде в одной группе занимались, должен был заметить, что солнышко я боевое.
– Ур-р-р, – вырывается у внезапно разомлевшего Арена, он наклоняется и вдыхает запах моих волос. – Ур-р-р…
– Солнышки мои, – Дарион хлопает в ладоши. – Может, вместе потренируетесь?
– Лера, я спасу тебя! – Арен, подхватив меня на руки, бросается к выходу.
– Арен… – едва успеваю сложить волочащиеся крылья, как он распахивает свои и уносит меня вверх по лестнице. Напоминаю: – Занятия… совместные…
Потоком воздуха он распахивает двери в пронизанный рыжим светом коридор, и двери в холл, и на улицу. Взмывает вверх. От неожиданности утыкаюсь ему в грудь и тут же оглядываюсь посмотреть. По головокружительной спирали Арен взлетает вокруг одной из мерцающих защитными чарами башен дворца и приземляется на выступ на конусе крыши.
Вокруг нас золотистым вихрем закручивается воздух и образует кокон, защищающий от порывов свистящего в башнях ветра.
– Смотри, – Арен отступает в сторону, открывая вид на широкий берег и океан.
Солнце горит в небе, точно котёл расплавленного металла. Рыжие блики дрожат на чешуйках волн, из-за чего весь бескрайний простор кажется боком мерно дышащего дракона.
Рука Арена скользит по моей талии, крыло укрывает спереди, чтобы точно не свалилась с узкого каменного выступа.
– Красиво, – шепчу я.
– Лер-р-ра, – Арен утыкается мне в висок.
Горячее дыхание щекочет ухо, шею. Посмеиваясь, покрываюсь мурашками.
Мы ведь стоим на самом краю, до земли далеко, кругом рычит ветер, а у нас свой островок спокойствия и нежности. Пальцы Арена скользят по моей щеке, очерчивают рот. Я мягко прихватываю их кончики губами, и по телу Арена пробегает дрожь. От переизбытка чувств вокруг него рассыпаются золотые искры.
А поцелуй на высоте, когда туфля балансирует на самом краю, и голова кружится, и за спиной вновь распахиваются крылья, а всё, что удерживает тебя от падения – сильные руки, прижимающие к горячему телу. Кажется – вот-вот упадёшь, на блаженство длится и длится, и длится, воспламеняя всё внутри, скапливаясь волнительной тяжестью возбуждения…
– Солнышки! – несётся снизу рёв разгневанного медведя. – Пора тренироваться!
Глава 17
Улыбаясь, заглядываем через край выступа.
С такой высоты Дарион кажется маленьким. В медведя он не превратился, просто стоит, подбоченясь. На чёрном мундире поблёскивает золото позументов.
– Здесь он нас не достанет, – уверяет Арен.
Зелёная искорка выстреливает из земли, пролетает между нами, щёлкает о черепицу и проскакивает по ней несколько раз.