Автор
Унывная погода и казавшаяся бесконечность учебного дня готовят студентов к очередным экзаменам. Но не всем хочется сдаваться, как Гурян, который на брусьях вытворяет такие вещи, что половина класса думает о свалке в эти минуты. Вместо этого мы отправляемся в класс и решаем свои проблемы прямо там, поддерживая друг друга....
Его ладони такие тёплые, а вот взгляд снова холодный и лишённый каких-либо эмоций.
– Ты всё неправильно поняла, – чересчур ласково шепчет он напротив моих губ. – Я не имел в виду никакой романтической хрени. Ты не интересуешь меня в этом смысле. Ты не в моём вкусе, прости. Мне просто скучно, Варь. Я не знал, как дотяну до конца года в этой суперэлитной гимназии. Но тут появляешься ты! Наивная дурочка, над которой можно издеваться. Буквально свежее мясо, понимаешь?"
"То ли от ослепляющего солнца, то ли от его слов, но мои глаза начинает пощипывать.
Только не плакать…
Только не при нём!
– Отпусти, – мои губы начинают дрожать.
– Ладно, иди, – убирает ладони с моих плеч. – Пока ты можешь быть свободной.
Смотрит на меня нечитаемым взглядом.
Я начинаю пятиться к лестнице, не отводя от него глаз. Потом всё-таки отворачиваюсь, готовая с позором броситься бежать. Лишь бы подальше от этого ненормального.
– Дорогу-то найдёшь? – доносится до меня его насмешливый тон.
Не отвечаю. Его слова меня задели, хоть я не собираюсь признаваться ему в этом.
– Снежинка! – Остап вновь оказывается рядом и преграждает мне путь.
– Пропусти! – дёргаюсь, чтобы его обойти.
– Ладно, ладно, – поднимает он руки в примирительном жесте. – Существуют некоторые правила, которые тебе придётся соблюдать, снежинка. Правило первое,– с надменным лицом начинает загибать пальцы. – Говорить будешь, когда я тебе разрешу. Второе – меня не интересуют твои слёзы, так что не трать жидкость. И третье – ты моя до конца года, поэтому чтобы рядом с тобой я никого не видел.
– Пропусти! – снова дёргаюсь к лестнице, но тут же попадаю в кольцо сильных рук.
– Молчи и вспоминай правило первое! – хмыкает парень.
Наплевав на его правила, продолжаю вырываться.
– Отпусти! Ты не имеешь права меня трогать!
Он расплывается в холодной ухмылке.
– А ты попробуй меня остановить!
Моё терпение лопается, и я выплёвываю ему в лицо:
– Да плевать мне на твои правила! Я не буду с тобой до конца года! И издеваться над собой не позволю!
У меня получается выпутаться из его объятий и броситься вниз по лестнице.
Когда мой полёт заканчивается, голова кажется просто чугунной, а боль в лодыжке – адской.
Хватаюсь за ногу. Мне кажется, что она сломана.
Кусаю губы, чтобы подавить крик, рвущийся из груди, и пытаюсь хотя бы сесть и прислониться спиной к стене.
