Автор
Унывная погода и казавшаяся бесконечность учебного дня готовят студентов к очередным экзаменам. Но не всем хочется сдаваться, как Гурян, который на брусьях вытворяет такие вещи, что половина класса думает о свалке в эти минуты. Вместо этого мы отправляемся в класс и решаем свои проблемы прямо там, поддерживая друг друга....
– Хм… Значит, Остап…
– Да, он там немного переживает, – она кивает на дверь, и я непроизвольно тоже смотрю на дверь.
Переживает, значит.
– Варь, если это он столкнул тебя с лестницы, то нам нужно привлечь к этой ситуации директора. Что скажешь?
А что я должна сказать?
Заманчиво, конечно, обвинить в этом Войнова. Но тогда моя жизнь здесь станет сущим адом, ведь он будет мстить мне за обман. Но вот помучить его я всё-таки могу.
– Нет… там всё случайно получилось, – отвечаю размыто.
Осторожно сползаю с кушетки и переношу вес тела на стопы.
"– В чём дело? – медсестра вскакивает со стула и устремляется ко мне. – Так больно? Присядь.
Я плюхаюсь обратно на кушетку. Она осматривает мою ногу.
– Всё нормально, – успокаиваю её. – Немного поболит и отпустит. Домой я не пойду.
– Ты уверена?
– Да. Сегодня мой первый день. Я даже не успела ни с кем познакомиться. Ещё и экзамены скоро. А я отстаю по программе.
– Понимаю…
Её губ касается лёгкая улыбка. Возможно, актриса из меня никакая.
– Хорошо, тогда напишу освобождение от физкультуры на неделю. И сейчас замотаем твою ногу эластичным бинтом.
Идеально!
Когда с освобождением и бинтом покончено, я надеваю кеды и беру свой рюкзак. Для надёжности надеваю его на плечи, чтобы никто больше не стащил.
– Если и завтра будет болеть, то покажись врачу. На ночь можешь выпить обезболивающее, – говорит медсестра, пока я, прихрамывая, шагаю к двери.
Я оборачиваюсь, схватившись за дверную ручку.
– Не забывай хромать на правую ногу.
Краснею. Прямо до кончиков волос краснею.
– Хорошо, – буркнув себе под нос, распахиваю дверь и вываливаюсь в коридор.
Вздрагиваю от неожиданности, потому что думала, что Остап всё-таки не будет так долго меня ждать. А он здесь!
Его лицо немного виноватое, а взгляд устремлён на мою лодыжку, замотанную бинтом.
Присвистнув, он сочувствующе спрашивает:
– Как ты, снежинка?
– Жить буду, – тут же отрезаю я, вскинув подбородок, и начинаю хромать в противоположную от парня сторону.
Он тут же меня настигает. Схватив за лямку моего рюкзака, ловко срывает его с плеч.
Что? Опять?
– Отдай! – запоздало цепляюсь за воздух, когда рюкзак уже оказывается под мышкой у Остапа.
– Я понесу. А ты давай, обопрись на меня. Нам ещё на третий этаж взбираться, там кабинет экономики.
Не шевелюсь. Ведь я всего лишь хотела заработать некоторый иммунитет от его нападок.
