Я снова бросаю взгляд на Мэлиса и Рэнсома, слегка волнуясь, что они не согласятся с тем, что я только что предложила. Мэлис, например, никогда не был пассивным наблюдателем, и они оба, возможно, беспокоятся, что это слишком безрассудно или что я слишком сильно давлю на Вика.
Но братья снова кивают, соглашаясь остаться наблюдателями. Они позволят этому случиться.
Я перевожу взгляд на Вика, сердце бешено колотится в груди. Он уже контролирует ситуацию, потому что, если он скажет «нет», я отступлю. Но я чертовски надеюсь, что он доверяет мне достаточно – и своим братьям тоже, – чтобы попытаться.
Его взгляд мечется, на лице написано колебание и что-то похожее на надежду.
– Ты уверена? – спрашивает он.
– Да, – обещаю я ему. – Я просто хочу, чтобы ты мог делать то, что хочешь, Вик. Что бы это ни было. Я хочу, чтобы ты видел, что все в порядке.
Секунды тянутся как часы. Я вижу, что Виктор внутренне спорит, воюет с самим собой и, вероятно, проигрывает в уме миллион различных сценариев, пытаясь угадать, что произойдет – еще один его способ сохранить контроль.
Я не двигаюсь и больше ничего не говорю, позволяя ему решать. Наконец Вик медленно кивает.
– Хорошо, – шепчет он.
Мой пульс тут же учащается, становясь быстрым, как мчащийся на всех парах поезд, но я делаю все возможное, чтобы сохранить спокойствие. Я отступаю назад и начинаю раздеваться. Снимаю туфли и отбрасываю их в сторону, затем стаскиваю носки. Пальцы ног утопают в плюшевом ковре. Я стягиваю через голову футболку, позволяя волосам рассыпаться по плечам.
Каждый новый участок обнаженной кожи притягивает взгляд Вика, и я вижу его жажду. Его пальцы подергиваются, словно он хочет протянуть руку и прикоснуться ко мне, но пока не делает этого.
Тем временем я снимаю штаны, а затем и лифчик. Все дальше и дальше, пока не оказываюсь голой в центре комнаты под пристальными взглядами братьев.
Мне нравится привлекать к себе все их внимание, но сейчас я полностью сосредоточена на Вике. Он делает глубокий вдох и скользит взглядом по моему телу. Он не двигается, поэтому я забираюсь на кровать и ложусь посередине, прежде чем посмотреть на Рэнсома и Мэлиса.
– Вы можете мне помочь? – спрашиваю я их.
– Одну секунду. – Рэнсом опускает подбородок, затем выходит из комнаты.
Он возвращается меньше, чем через две минуты со связкой тонких веревок, которые, как я предполагаю, он достал из одной из сумок, которые ребята упаковали для нашего побега.