Автор
Под открытым небом альфа-Лебедя — бездны снежно-серого свечения и тьмы — они виделись только мигом. Встреча на орбите над «Антеем» казалась бесконечностью, но сто девятнадцать земных лет за это время пролетели незаметно. Теперь же эти семьдесят шесть космонавтов, оказавшись в тесном куполе жилого корабля, чувствовали себя как дома в величественном Поселке....
За его спиной стояло несколько человек, грязных и всклокоченных. Видно, эти люди только что таскали камни. У некоторых в руках остались ломы.
— Лазутчика поймали. Техник Джинь велел его в шахту кинуть, а он не хочет, — доложил горбун.
Техник Джинь держался за грудь и пытался вдохнуть поглубже.
— Где лазутчик?
Рази близоруко оглянулся и только сейчас увидел Крони.
— Ты? — спросил он.
— Я. Меня не хотели пускать к тебе, инженер.
— Я рад, что ты пришел, — сказал инженер. — Я не думал, что ты остался жив.
— Инженер, мне нужно срочно с тобой поговорить.
Юноша сказал инженеру:
— Он был вооружен.
— Пойдем ко мне, — сказал Рази. Он взял у юноши бластер и передал трубарю.
— Я бы на твоем месте не доверял ему, — обрел наконец дыхание одноглазый. — Откуда он узнал об этом пути?
— Я встретил крысолова, — сказал Крони. — И он показал, куда идти.
— Откуда тебя знает крысолов?
— Когда я был трубарем, он видел меня.
— И все-таки лучше бросить его в шахту, — сказал горбун. — Никакой он не трубарь.
Инженер Рази занимал одну из комнат в коридоре, где когда-то Крони нашел книгу с планами подземелий. Рази прошел первым, сел за стол. Сказал:
— Сначала я должен поблагодарить тебя, трубарь, за книгу планов и пистолет. Я уж не говорю об остальном.
В комнату набилось человек двадцать.
— Ты давно оттуда? — спросил кто-то.
— Часа полтора как начал спускаться.
— А мы уже четвертый день, — сказал человек с узким лицом, на котором было мало места для двух глаз и потому переносица казалась толщиной с бумажный лист.
— Мой заместитель, — сказал инженер. — Сапожник Лоди.
— Очень рад, — сказал Лоди. — Мне Рази говорил о тебе. Мы делали завалы, чтобы обороняться, когда придет полиция.
— Я предлагаю всем вернуться к своим делам, — сказал Рази. — Останемся мы — Лоди, Джинь и я.
— Теперь будешь говорить? — спросил Рази, когда остальные нехотя покинули комнату.
— В твоем отряде есть чужие уши, — сказал Крони. — Я буду говорить только с тобой. А ты — с кем сочтешь нужным.
— У нас нет агентов Мокрицы, — возмутился одноглазый Джинь. — Это тебя подослали.
— Мое дело не терпит, — сказал Крони.
— Я тебя с ним не оставлю, — сказал одноглазый.
Крони вынул бластер и положил на стол.
— Это останется у инженера, — сказал он.
— Крони прав, — сказал вдруг Лоди. — Ты нам потом расскажешь, Рази. У нас есть дела. — Он обнял одноглазого за плечи и повел к двери.
— Ну вот мы и вдвоем, Крони, — сказал инженер. — Ты сильно изменился.
