Автор
В этой книге после трагической измены мужа в отношениях супруги постепенно налаживается жизнь. Психологическая драма показывает сложность восстановления доверия и взаимопонимания между партнерами, когда речь идет о сексе за пределами брака и уважения к чужой семье.
Попутно выслушиваю новость, что моей красотке придется задержать на дополнительный урок по общаге – подготовка к ОГЭ.
– Хорошо, солнышко. Буду ждать.
Посылаю ей воздушный чмок и получаю в ответ такой же.
Освободив руки, убираю сотовый на окно, и тут улавливаю, что в дверь стучат. Прислушиваюсь. Мерещится? Или нет?
Звонка на двери нет. Позвонить можно лишь в домофон, но в него не звонили точно. С Рыжиком только что разговаривала. А больше и некому.
Нахмурившись, иду в прихожую. Стук повторяется.
Кто это может быть?
Теряясь в догадках и мучаясь сомнениями, отпираю.
Приоткрываю дверь и удивленно моргаю. Хорошо, что челюсть остается на месте и не падает на пол. Картина была бы эпичной.
– Я зайду, – говорит Крылов.
Наверное, это должен быть вопрос, только вопросительных интонаций в его словах не улавливаю ни грамма.
А еще он по-хозяйски оттирает меня с прохода и ступает в прихожую. Разворачивается и закрывает за собой дверь.
Моргаю еще раз. И еще.
Но видение рассеиваться даже не думает.
Крылов собственной персоной стоит посреди моей прихожей живее всех живых и откровенно пялится на мой живот.
И что там такого интересного? Испачкалась?"
"Прослеживаю его взгляд и почему-то краснею. Спортивные штанишки сидят низко на талии, а топ коротковат и, пока я работала, успел задраться еще выше. При этом оголил приличную полоску кожи и еще навел, украшающий пупок.
На этом камушке в моем теле Демьян Константинович, похоже, и подзавис.
Глава 30
ВАРВАРА
Часы тикают, а мы так и стоим. Не сильно далеко. Не особо близко. Оба молчим.
Постепенно небольшое помещение прихожей наполняется мужским ароматом, приятным и вместе с тем необычным, с холодными горьковато-колкими нотками. Тем самым, что уже улавливала в кабинете директора школы.
Но не только им.
Воздух словно нагревается и густеет, становится тяжелым и тягучим, будто вся самцовость и харизма Крылова покидает пределы его физического тела и распространяется вокруг меня.
Обволакивает, пропитывает собой и дезориентирует.
Отмечаю, как взгляд незваного гостя темнеет, и сглатываю вмиг пересохшим горлом.
Он смотрит так, будто не глазами меня оглаживает, а давно сократил расстояние до минимума, присел на корточки и изучает мой живот даже не руками, а уже губами и языком. Теплым, шершавым и очень наглым...
