Автор
Я на развод подал, и словно кристаллы льда, боль пронзила меня с головы до ног. Устинья — счастливая жена и мать двух взрослых детей: Назара и Родиона. Жену я убил своей печальной жизнью, а теперь от неё свободен по решению суда. Ближайшее будущее выглядит черным туманом над моей головой — беременная жена младшей дочери и двое детей старшего. Каждый шаг кажется последним в этом непростом переходном периоде для меня....
Сходи к бабушке, проведай.
— Да, сейчас деда выйдет.
Адам остался стоять, не шевелясь. И после того, как свекор поговорил со свекровью, как сын поговорил, я толкнула бывшего мужа в бок.
— Иди и ты скажи что-нибудь. — Произнесла я зло.
Но Адам качнул головой.
— Не надо. Она не хочет меня видеть.
— Ты даже не заглядывал. — Произнесла я едко.
— Заглядывал, пока тебя не было. Раскричалась. Сказала, чтобы я вышел. Давление сразу стало скакать. Я и вышел.
— Когда я пришла, тебя здесь не было…
— Я спускался.
Я тяжело вздохнула. Снова появился в поле зрения доктор и я побежала быстрей к нему.
— Сейчас вы начали капать? Капать лекарства начали? — Спросила я дотошно, снова пытаясь схватить его за руку..
— Устинья Анатольевна, пожалуйста, успокойтесь. Все хорошо с вашей мамой. Мы оставляем её, надо до конца прокапать, надо стабилизировать состояние. Через пару дней сможете приехать, забрать. Сейчас лучше езжайте по домам. Мама ходячая. Маме не нужен присмотр.
— Нет, — закачал я головой, — нет, я останусь.
— Не надо. Не стоит.
Я облизала губы.
— Ну нет, давайте тогда, если я не могу остаться, можно мне медсестру какую-нибудь? Я оплачу все, чтобы мама была под присмотром.
— Устинья Анатольевна, побойтесь Бога. Ваша мать не лежачая. У неё ничего не случилось. Не надо так остро реагировать.
— Нет, я ей все равно не доверяю. Вдруг она пойдёт ночью в туалет, оступится или ещё что-то? Раз вы говорите, что я не могу остаться…
— Уже само наличие вас здесь, говорит о том, что мы нарушаем.
Я покосилась на Адама, подозревая, какое исключение Адам сделал во всей этой ситуации. Скорее всего стал орать и угрожать.
— Давайте медсестру все равно.
Попрощавшись с матерью, я ещё раз чмокнула её. Сказала, чтобы звонила мне в любом случае: хоть ночью, хоть днём, без разницы. Вышла из палаты.
Адам стоял все на том же месте. Назар увёз деда обратно домой.
— Ты все? Давай отвезу домой? Ты же на скорой приехала.
— Не надо. Я на такси уеду.
— Не трепи нервы, идём.
Адам открыл дверь машины и когда я попыталась скользнуть мимо, перехватил меня за руку.
— Садись давай уже. — Устало произнёс он и тяжело вздохнул.
