Автор
Аня, взволнованная и опустошена, готовится к разводу. Свидетельство о разводе бросается ей на стол — сигнал окончания их четырехлетнего брака. Тем временем Демидов ставит четкие условия: двадцать четыре часа для принятия решения и обязательный отказ от своей фамилии. Вокруг кипят страсть, обманчивая спокойствие и холодность отношений....
Господи милосердный… Она столько раз проклинала его, пока жила взаперти в том доме, столько раз желала ему несчастий. И вот теперь оно произошло. А теперь ей жизнь не мила без него. Они проросли друг в друга, стали единым целым.
Это любовь?
Неужели нужно потерять, чтобы понять это?
«Ты обещал никогда не лгать мне, - вертелось в пустом сознании. – Ты обещал. Что все будет хорошо. А теперь тебя… нет?»
Нет. Она затрясла головой. Еще крепче прижала к груди его рубашку, которую так и не смогли у нее отнять. Рубашка пахла его потом и кровью.
Рубашка пахла ИМ."
"Аня все-таки зарыдала. Без слез, слезы сгорели где-то по дороге, и от этого было еще горше. Потом внезапно успокоилась, привела себя в порядок, пригладила волосы. Рубашку мужа не убрала, это ее никто бы не заставил сделать, она по-прежнему держала ее на коленях.
Вошел телохранитель.
- Анна Александровна, джет готов.
Она перевела на него взгляд. Мужчина стоял, опустив руки и глядя на нее, ничего не выдавало спешки или озабоченности. Только взгляд был очень сосредоточенный.
- Куда вы меня везете? - спросила наконец.
Странный взгляд у него промелькнул, однако мужчина ответил ровным тоном:
- В безопасное место. Там вы сможете оставаться до родов. И если пожелаете, и после.
Аня молча смотрела, переваривала информацию. Видя, что она молчит, мужчина добавил:
- Арсений Васильевич предвидел подобную ситуацию. Это нейтральная страна, там все подготовлено, есть недвижимость и счет на ваше имя, пока вступите в наследство. Там будет безопасно для вас и ребенка.
У нее непроизвольно сжались кулаки.
Предвидел, значит. А ей не сказал ни слова.
Да если бы она знала! В душе колыхнулась злость на то, что теперь ничего не исправить, сухие жаркие слезы обожгли изнутри.
А телохранитель ждал.
В конце концов, Аня спросила:
- Владимир, почему вы так со мной носитесь?
В этом было что-то личное, и вместе с тем - ничего личного, никакого мужского интереса.
- Потому что Арсений Васильевич поручил мне вас.
Аня кивнула, на долгую секунду уходя в себя. У Демидова ведь было полно охраны, огромный штат адвокатов, не счесть прислуги, но доверял он очень немногим. Этот Владимир один из них. Но раз Арсений доверял ему, значит, и она может.
- Вы хороший человек, Владимир, - сказала она негромко.
Мужчина мрачно усмехнулся и снова застыл, становясь идеально спокойным.
