Автор
Демид оглядывается на Лору с недовольством, когда они приближаются к его дому. Он готовится взять бывшую жену в Израиль не для лечения дочери, а для других целей. Лора возмущается, но Яна увещевает девушку: полное имя ей не нравится.
Раньше он был равнодушен к детям, теперь любой разговор о них делает его агрессивным. Ты видела, как отреагировал на Соню и Димочку? Его передергивает.
— Ксюш, ты преувеличиваешь. Когда ты родишь, он сразу переменится.
— Нет, он даже не дает мне возможности заговорить на эту тему.
— Вам надо поговорить, — убеждаю ее. Я, как никто, знаю, что важно разговаривать и ничего не скрывать друг от друга.
— Не знаю, чем это поможет. Мы, наоборот, все больше отдаляемся друг от друга. Заняты работой, каждый — своими проектами.
Договорить Ксюша не успевает, наш интимный женский междусобойчик прерывают мужчины, зазывая обратно на кухню. Ужин продолжается, но теперь я изучаю пару новым взглядом, присматриваясь и пытаясь увидеть отношение Глеба к жене. Поймав себя на этой мысли, осекаю ее. Мне своих, что ли, проблем мало? Вмешиваться я все равно бы не стала.
— Я останусь сегодня, — твердо говорит мне Громов, едва за гостями закрывается дверь.
Мы стоим в коридоре, и я собираюсь проводить его. Задохнувшись от волнения, мотаю головой. Нет, если Демид останется, я уже не смогу остановить его.
— Дети уснут, и ты придешь ко мне в спальню, — продолжает он натиск, не спуская с меня горячего, голодного взгляда, который пробирает до костей.
— Многого хочешь, Громов, — прищурившись, шиплю ему в губы, которые уже нагло прижались к моим. Он ловит мои кулаки, не давая мне оттолкнуть его. Сопротивляюсь, но слабо, он слишком силен, да и я так быстро сдаюсь. Головокружительный поцелуй затуманивает разум.
— Ты тоже хочешь, Эля, — ласково шепчет мне на ухо и украдкой успевает огладить по груди и по попе, пока дочка не выскакивает из комнаты в поисках нас.
— Вы что тут? Папочка, ты останешься? — спрашивает жалостливо.
— Если мама разрешит, то да, — муж беззастенчиво использует ребенка в своих целях, и Сонечка обнимает мои бедра и заглядывает в глаза с видом беззащитного котенка.
— Мамочка, папа будет себя хорошо вести, я прослежу, — Сонечка абсолютно серьезна.
Ребенок своей фразой вызывает у нас приступ смеха, и я вешаю пальто Демида на вешалку. Никуда он сегодня не уйдет.
