Уверен, они их уже открыли.
– Не думаю, что они откроют их без нас.
– А я думаю, откроют.
– Вот именно, – подшучиваю я.
Но когда я упомянула о семье его отца, Хардин вдруг посерьезнел.
– Как думаешь… что, если мне извиниться… ну, не то чтобы извиниться, а позвонить ему – ну, отцу?
Я понимаю, что когда дело касается Хардина и Кена, мне нужно быть осторожнее с выбором слов.
– Думаю, стоит позвонить. Ты должен убедиться, что вчерашний случай не помешает вашим отношениям, которые только начали восстанавливаться.
– Наверное… – вздыхает он. – Когда я ударил его, то на мгновение испугался, что ты заставишь меня уйти, а сама останешься там.
– Правда?
– Да. Я рад, что этого не случилось, но я беспокоился.
Я отрываю голову от подушки и вместо ответа нежно целую его в подбородок. Надо признать, что именно так я и поступила бы, не расскажи он мне о своем прошлом. Это все изменило. Изменилось и мое мнение о Хардине – не в лучшую или худшую сторону, просто я стала относиться к нему с большим пониманием.
Хардин отводит от меня взгляд и смотрит в окно.
– Наверное, позвоню ему сегодня.
– Как думаешь, мы можем пойти к ним? Я очень хочу сама вручить им подарки.
Снова посмотрев на меня, он отвечает:
– Можем просто попросить открыть их, когда ты будешь разговаривать с Лэндоном. Это почти то же самое, зато не придется смотреть на их натянутые улыбки, когда они увидят твои ужасные подарки.
– Хардин! – обиженно восклицаю я.
Он усмехается и кладет голову мне на грудь.
– Я просто шучу, твои подарки – лучше всех. Особенно брелок для ключей, на котором изображена не та команда. – Он смеется.
– Ложись уже спать. – Я взъерошиваю его и так растрепанные волосы.
– Что тебе нужно купить в магазине? – спрашивает он, переворачиваясь на спину.
Я и забыла, что сказала ему про это.
– Ничего.
– Нет-нет, ты сказала, что тебе надо в магазин. Затычки или что-нибудь такое?
– Затычки?
– Ну, эти… чтобы заткнуть.
Что?
– Не поняла, о чем ты?
– Тампоны.
Я краснею. Уверена, что всем телом.
– А… нет.
– У тебя вообще бывают месячные?
– Боже мой, Хардин, перестань!
– Что? Ты стесняешься обсуждать со мной менструацию?
Он приподнимается, чтобы взглянуть на меня, и я вижу на его лице широкую ухмылку.
– Я не стесняюсь. Просто это неуместно, – жутко стесняясь, заявляю я.
Он улыбается.
– Мы занимались многими неуместными вещами, Тереза.
– Не называй меня Терезой и хватит уж об этом говорить! – ворчу я и закрываю лицо руками.
– У тебя сейчас идет кровь? – Я чувствую, как его рука скользит вниз по моему животу.
– Нет… – вру я.
Раньше я избегала этой ситуации, потому что мы постоянно то ссорились, то мирились, и при нем этого никогда не случалось.