Да, мне очень не хотелось, чтобы новости о Рюрике и похищенном драккаре дошли до Сигурда. Варяги мне родня, как-никак. Но вступи я в бой на стороне новгородцев, неизвестно, чем бы это закончилось, ведь хирд Сутулого пришлось бы вырезать до последнего человека. И даже удайся мне этот геноцид, дальше придется жить с нешуточной опаской. Хуже, чем Рюрику. Тот у Змееглазого всего лишь драккар спер, а я целую армию оприходую. Да и потери будут изрядные. Как бы лихие хирдманы Сигурда всех нас не положили. Их же в разы больше, и качество такое, что большая часть моих им и в оруженосцы не годится.
Нет, пока Скульд мне доверяет, я от прямого противостояния воздержусь.
А Сутулый мне доверял. Вот и сейчас позвал – посоветоваться.
– Как думаешь, пяти сотен моих хватит, чтобы разогнать эту отару?
– Почему пять сотен?
– Так кого-то надо в стенах оставить, а то эти взбунтуются.
– А может, тебя оставить? – предложил Скульд. – Как, удержишь хольмгардских в повиновении?
Конечно удержу. Если первым делом ворота закрою и выпущу на свободу тысяцкого с командой.
А потом могу сказать: мол, не справился, извини.
Да, будет удар по репутации, но это можно пережить.
Вот только ополчение жалко. Тем более я видел там плесковские знамена и изборское, кажется… А Изборск – вотчина моего тестя, как-никак. Впрочем, если и сам Трувор Жнец здесь, я скоро об этом узнаю.
– Драться с ними – плохая мысль.
– Думаешь, не справлюсь? – с иронией поинтересовался Сутулый. – Толпа бондов! Да они разбегутся, едва увидят наш строй!
– Не разбегутся. С ними варяги. Думаю, их никак не меньше половины.
Преувеличил, но пусть проверит.
– Варяги – это такие… С такими усами? – Скульд обозначил длину в половину собственной бороды.
– Да. Поверь, они знают, как управляться с железом.
– Ну-ну… Что предлагаешь, Волк?
Я развел руками. Парные браслеты на запястьях звякнули друг о друга.
– Я бы договаривался, Скульд. Мне этот город не нужен. А тебе?
– Ты договоришься, Волк?
Конечно, я договорюсь.
– Думаю, да. Но это будет стоить…
– Четверть того, что мы взяли и возьмем в Хольмгарде!
Сутулый должен понимать, ради чего я стараюсь. Да и моим бойцам серебро будет не лишне.
– А еще ты отпустишь Любора.
– Лупора? – Скульд нахмурился.
– Любора. Хольмгардского старшего. Поможет в переговорах.
– Да забирай, – не стал возражать Сутулый. – Но люди его пока побудут под присмотром.
– С чего я должен тебе верить, нурман?
Любор Удалыч, новгородский тысяцкий, выглядел солидно.
