Патрульная машина милиции медленно поднимается к закатающемуся солнцу в окраине города. Асфальтированная дорога вела за город, казалась пустынной даже среди первых сумерек. Внутри машины чувствовалось напряжение — тактильные ожидания и свист портала перед тем, как он развернет крышу к мигалке, готовясь к очередному поиску улик....
— Витя, не суфлируй! — одернул его Голубев.
— В натуре, так, — буркнул Алтынов.
Бирюков пригляделся к стоявшим у порога большим кроссовкам:
— Это ваша обувь?
— Ну.
— По-моему, испачканная кровью правая кроссовка прострелена пулей. Придется вас задержать. Собирайтесь, поедете с нами.
Растерянное выражение на лице Алтынова сменилось испугом.
— Собственно, а в чем дело? — спросил он.
— О всех ваших делах поговорим в прокуратуре. — Бирюков повернулся к Лимакину: — Обувь задержанного — на экспертизу.
Алтынов насупился:
— Босиком, что ли, мне ехать?
Голубев сказал Синякову:
— Сообрази-ка корешу какие-нибудь обутки.
— В сенях старые галоши в аккурат ему подойдут, — угодливо проговорил Синяк.
Глава XXIII"
"Борис Медников, оглядев поврежденную ступню Алтынова, заявил, что это не что иное, как огнестрельное ранение, полученное не более суток назад. К счастью потерпевшего, пуля прошла через мякоть пятки и не задела кости стопы. Обработав и профессионально забинтовав рану, судмедэксперт без проволочек подготовил официальное заключение.
На допросе в прокуратуре Алтынов попытался изобразить недоумение по поводу медицинской экспертизы, однако Бирюков сразу одернул его:
— О купании и разбитой бутылке можете сочинять Синякову. У нас такие сказки не проходят.
— Про бутылку Витя Синяк сам от фонаря брякнул, а я сдуру повторил за ним, как попугай, — виновато усмехнулся Митяй и с болезненной гримасой уставился на забинтованную пятку. — Откровенно говоря, случайно под шальную пулю угодил.
— Эта легенда ближе к истине, — сказал Бирюков.
— Правда, так было.
— Чтобы добраться до правды, давайте начнем наш разговор с того момента, когда после освобождения из колонии вы с Куксиным приехали электричкой в райцентр и представились здесь брокерами.
— Чего? — будто удивился Алтынов. — Я ведь уже говорил, что вчера первый раз сюда приехал.
— Не хотите говорить с начала, начнем с конца. Где вы скрывались после выхода из колонии?
— Нигде не скрывался. Жил у друзей в Новосибирске и ничего криминального за это время не сделал.
— Адрес друзей назовите.
— Не могу.
— Значит, лжете.
— Ну вот еще… Ребята не в ладах с правоохранительными органами.
